Живьем \ live
храмы, начались уже на городских улицах и аллеях парков. Удивительно было видеть дорожные знаки с прыгающим оленем не где-то на загородной дороге, а буквально рядом со светофорами.
Олени считаются посланцами богов. По легенде первый японский император прибыл в Нару на олене, причём прямо с неба. С тех пор все потомки того оленя почитаются японцами и живут во многих садах и парках города.
И первое, что видишь, придя в буддийский храм Тодай-Дзи, – это полчища оленей, свободно разгуливающих по прихрамовой территории, пристающих к туристам и выпрашивающих еду. Везде установлены плакаты, предупреждающие( в виде надписей и мультяшных рисунков или пиктограмм), что олени – дикие животные, могут толкнуть, боднуть, вырвать сумку и напрыгнуть. В общем, берегитесь! Я смеялась, прочитав постфактум в одном буклете, что олени в Наре научились кланяться – благодарить людей за угощение. Ага, кланяются они, как же! Бодаются они – давай, мол, ещё. Во всяких киосках и на лотках помимо человечьей еды продаются специальные печеньки для оленей – покупай и корми.
Так как в Наре мы были после Миядзимы, то я была уже научена и подготовлена – утром перед поездкой заскочила в ближайший магазинчик конбини и купила упаковку салата для оленей. И кроме того, уже не боялась шлёпать их по лбу между рогов, когда они особо наглели.
А по всей территории между оленями ходят специальные люди со специальными совками и вениками и прибирают оставленные дикими животными напоминания о том, что они « не приучены к лотку ».
Если же говорить о храмовом комплексе Тодай-Дзи, то в рассказе о нём будет много слов « самый » – самое большое деревянное строение во всём мире, самая большая в Японии статуя Будды и т. д. В храме стоит столб с дырой внизу размером с ноздрю Будды. Пролезешь – будешь счастлив и удачлив. В общем, аттракцион для туристов. Я боялась застрять, но очень уж хотелось счастья и удачи. Пролезла!
Можно ещё много рассказывать о Касуга-Тайся с его тремя тысячами каменных и бронзовых фонарей; о пригороде Киото Арасияме, где я увидела, откуда взялся традиционный японский рисунок « цветущие горы »; о кома-ину, или шиса, или попросту собаках-львах; о яркой и шумной ночной Осаке; о токийском парке Хамарикю с поляной сурепки, воспетой во множестве хайку,– и это среди небоскрёбов-то; о мокнущем на ветке вороне, каркающем о том, что вот он сидит, такой мокрый, такой поэтичный, где же Басё?..
В самый последний японский вечер я бродила по улицам Токио и искала, где бы выпить сливового вина на прощание. Я заходила в рестораны, кафе, бары и вопрошала про джапан плам вин. Мне предлагали французское, ещё больше итальянское, но по поводу японского отрицательно качали головами. В результате я отпраздновала свою поездку в абсолютно европейском по виду кафе бокалом глинтвейна и тирамису, и научила официантку, знающую слова " здравствуйте " и " добро пожаловать ", слову " пойдёт " в ответ на её предложение того самого горячего вина.