55 живут ещё трое бездомных. Навещали их, беседовали, помогали. Когда один согласился попробовать жить без спиртного, привели сюда. Позже подтянулись остальные.
Здесь проживает 20 человек. Условия отличаются от тех, что были раньше: есть канализация, нормальные спальни, столовая и даже зал, где можно помолиться или просто поговорить. Но места всё равно маловато, например, чтобы всем поесть, нужно разделиться на три очереди. Вадим Вячеславович утверждает, что это временное неудобство – когда к основному корпусу сделают пристрой, под столовую отведут помещение побольше.
– Вот тут душевая кабинка. Её кто-то выбросил, а мы подобрали – была сломана только дверца. Вместо неё шторку повесили, теперь мужики могут нормально душ принимать, – говорит наш гид. – Остальное тоже строим и ремонтируем, можно сказать, бросовыми материалами – где что найдём. Люди заезжают в новые дома и сразу меняют стеклопакеты, старые им не нужны. Видите трещины на пластиковых окнах? Когда демонтируем, они трескаются. Но нам сгодятся, тепло ведь держат … Спонсоров найти сложно. Помню, как-то обратились в один строительный магазин, хозяин ответил: « Сегодня дам, завтра выстроится очередь за помощью ». А вот продуктами нам иногда помогают.
ПОДКОПЛЮ ДЕНЬЖАТ – СЪЕЗЖУ ПОВИДАТЬСЯ
Говорить бывшие бездомные предпочитают один на один. О своих злоключениях рассказывают сбивчиво, иногда не могут сдержать слезу. Иван Веберс – тот самый первый « вышедший из подвала » благодаря волонтёрам.
– Я родом из Белоруссии. Отец латыш, мать русская. Служил в Германии, городке Нойтимен, даже командиром отделения был. Домой вернулся, работал на техпомощи, запчасти возил по колхозам. А потом выучился на взрывника в Мозырском ПТУ. Сюда приехал в 1982-м по направлению в Ярудейскую экспедицию, мне было 25, – вспоминает он. – Отработал там 13 лет и 2 месяца. В 1995-м контора закрылась, и понесла меня нелёгкая. Жилья-то не было. Да и сейчас нет. Есть гражданство, прописка. Только дома этого нет, разобрали. В подвалах жил. Всяко было. – И семьи нет? – Есть. Точнее, была, – вздыхает Иван. – В Белоруссии и жена, и двое сыновей. Раньше, до 95-го, я два раза в год к ним ездил, разбивал отпуск. Потом супруга по-своему определилась – понятно, по полгода меня дома нет. Да и тут между экспедициями с друзьями мы « отдыхали » хорошо. А что ещё делать-то? Забросят в общежитие в Старом Надыме, до следующего вылета целая неделя. Зато зарплата хорошая была. Потом уже трудился там, куда брали. С 55 лет на пенсию мог пойти, но загулы-прогулы, было не до оформления.
В центре мужчине помогли оформить пенсию, восстановили паспорт и другие утерянные документы. Сейчас он не пьёт.
– И даже не тянет. Хотел бы – выпил, пенсию же получаю, деньги есть, – рассуждает он. – Теперь с сыновьями периодически перезваниваюсь. Последний раз видел их в 2001 году. За это время уже четырежды стал дедушкой. Вот подкоплю деньжат – съезжу повидаться.