Глава 2
Ты запрещаешь нам, а мы ведь нарушаем, ибо такова наша природа, быть подобными воде – искать любую возможность чтобы сделать все по-своему несмотря на твой гнев и немилость, просочиться там, где твой неуловимый взор вновь не достанет нас.
Сотри улыбку с наших лиц, ибо она есть самое опасное оружие способное погубить тебя.
Почему я не могу унять свой гнев опять? Кто даст ответ мне на вопрос столь остро стоящий передо мной? Я кричу что есть силы в непроницаемое небо, но глупо ждать ответов, ведь все ответы на свои вопросы давно известны мне.
Обстоятельства и люди говорят мне что это невозможно. Нужно запретить подобное слово и вот представьте себе: вы что-то пробуете, но вас не получается этого. Вы расстроены, думаете что это очень сложно, но в этом выдуманном мире нет слово“ невозможно”.
Не получилось? Спрашивает нас небезучастный гражданин. Ну да – кротко отвечаем мы. Так попробуй снова. Не получилось сейчас, получится в следующий раз. Безапелляционно говорит нам гражданин и уходит прочь, невероятно!
Будь слово невозможно, он бы сказал нам: брось это дело, оно ведь кажется невыполнимым, невозможным. Если что-то невозможно, то и не стоит браться за это. Но если невозможно не существует, то возможно абсолютно все, пуская не прямо сейчас, ни завтра и не здесь, но возможно.
Ночь. Для чего нам нужна ночь? Когда – то, наши древние предки с закатом солнца прятались в импровизированные жилища, закрывались от многочисленных хищников тогда еще доминирующих на этой планете. Ночь позволяла восстановить силы и подготовиться к новым сюрпризам и проблемам следующего дня. Ночь была темной и непроглядной. Своей непостижимостью и неизвестностью она порождала безумные страхи в умах древних людей, оживляли самые невероятные их страхи. Она питала их способность к выживанию. Она аккумулировала их фантазии и делала их реальными.
Ночь и тьма породили всех тех монстров, от которых так стремительно и бесполезно пытаются сбежать люди, в том числе и я. Но ночь сладка, а ее грезы ядовиты и необычайно прекрасны, словно чудесные пения таинственных амазонок, коих взор мой никогда не насытится и любопытство пересиливает страх смерти, а похоть предательски затыкает инстинкт самосохранения. Природа пытается взять свое, но рано или поздно мы даем ей отпор и такой что тяжело ей устоять на ногах.
Просыпаясь рано утром я отрицаю действительность существующего передо мной бытия лишь существующего в виде информационных сигналов обрабатываемых мозгом. Иллюзия прекрасна, ибо она субъективна, она содержит в себе смысл в отличии от привычной нам жизни.