Гэбриэл. Майами. 8 июня
12:00. Я вижу девочку в белом кимоно. Её
красота, как сакура, расцветает к весне. Но она
так отдаляется с сезоном дождей... Падая на
колени, промокший до нитки, прошу спасения
у тех нитей, что безнадёжно нас связали. Когда
последний узел между двумя судьбами развя-
жется, я буду реветь как сумасшедший, прося
прощения у вишнёвого дерева далёкой азиат-
ской страны восходящего солнца... Мои новые
глаза никогда не увидят лучшего из того, на
что взирали они при рождении ярко-розовых
цветков... Ты моё ханами – я научился любо-
ваться тобой... Пока не опал последний лист
нашей любви, сколько бы снега ни выпало
– его сгонит нежное, тёплое прикосновение
пурпурных губ. А я даже не поцеловал её на
прощание... Одинокие ветви прибрежных рас-
тений, подобно мне, стремятся к недосягае-
мым звёздам, понимая, что восточным мечтам
не суждено сбыться. Она как олицетворение
того в мире, что не сумел познать; как незна-
комая философия и редкая красота, которую
не удалось постичь. Не выдержала и скрылась
в тумане, оставив после себя запах зелёного
156
чая с жасмином. А я сейчас оплакиваю ту, что
заворожила своей молчаливой тоской и крото-
стью... В надежде, что вновь появится с рас-
светом и в том же одеянии...
23:10. Что я писал и кого забыл? Сейчас я
здесь, собрался с мыслями и хочу писать при-
знания в любви. Друзья, обожаю вас всех:
кого-то больше, кого-то меньше. Никогда не
врал вам, не обманывал, не ставил себе целью
заработать или стать известным. Я шёл по этой
странной дороге, где ценности меняются с
каждым днём. Я умудрился сохранить себя и
уважение к вам, какие бы странные поступки
вы ни совершили. Просто знаю, что бесконечно
влюблён в жизнь и в каждый глоток этого тош-
нотворного пойла! Писать так спонтанно – без-
рассудно, но иного выхода нет. Сел за стол,
чтобы изменить происходящее. Когда столько
грязи кругом, выбираешь самых достойных из
серой массы, боготворишь их, держишь за руку
и идёшь вперёд туда, где самое смелое – реаль-
ность, не иллюзия. Уверенность в окружающих
– самое бесценное, что можно обрести в этом
противоречивом мире, состоящем сплошь из
гнусных предателей и бессовестных лгунов.
157