Лиана. Сан-Франциско. 27 мая Гэбриэл. Стамбул. 1-7 июня
16:51. На моей ладони – твой почерк! И ты
так часто рисуешь эти линии, изменяя судьбу
и загоняя в тупик, из которого не выбраться.
Тяжело быть рабом чужого настроения, но
ещё сложнее просто сидеть в тишине и гадать,
что же случится с наступлением рассвета...
Насколько далеко ты готов зайти? Только не
переставай рисовать, потому что эта игра затя-
нула нас обоих! И снова я лечу не к тебе... Ещё одно путеше-
ствие на недосягаемой высоте нашей любви и
в такую жуткую даль... Но сколько ни накру-
чивай милю за милей, ни одна из них не позво-
лила даже на минуту усомниться в том, что нет
тебя милей ни там, среди простых людей, ни
здесь, среди облаков и гордых небожителей.
Жаркие песочные пляжи Америки, пасмурные
города Европы, скромное солнце Азии и самый
ледяной материк – кажется, я был везде! Но с
завидным постоянством возвращался лишь в
одно место – в свой небольшой мирок надежды,
тихий уголок ожидания твоего звонка. А в один
особенный день я прошу любимый голос в каче-
стве подарка... Год за годом и так уже много лет.
А я снова лечу не к тебе, и это так достало...
19:42. И я бы ему поверила – куда бы делась:
я всегда ему верила... Любую ложь принимая
за неоспоримую истину, я не переставала им
любоваться... Выброшенное в пустоту времён
объятие навсегда осталось неповторимым
мгновением одного летнего дня... Ты един-
ственный, которого удалось забыть! Правда!
Тебя так много в моей иллюзорной жизни, что
я даже не помню, какой ты был раньше... И я
бы снова тебе поверила, каким бы невыноси-
мым ни оказалось услышанное... За любым
новым словом – понимание того, как же дико
мы любим...
150
На высоте десяти тысяч метров мы становимся
ближе к Богу. Можно тихонько помолиться:
«Господи, подари нам мир и спокойствие.
Положи конец кровопролитию». Пока одни
греются в джакузи, другие борются за жизнь
в нищенском госпитале одной из стран так
называемого «третьего мира». Нескончаемые
151