Плохо. И уже не в первый раз. Июнь, декабрь,
март – одна и та же фигня. Дальше мы порознь,
любимый...
22:06. Сколько же вокруг тебя шалав! Даже
твоё «Я тебя люблю» пропахло всякими
шлюхами! Променял меня на... Так женись
на одной из них! Давай! Вперёд и с песней!
Зато не скучно будет! Фу! Если ты позволя-
ешь таким девушкам быть рядом с собой...
Что мне сказать? Значит, ты такой же, как все
они, – и спорченный и беспринципный! Тут, в
Америке, тебе комфортно: сегодня какая-ни-
будь бездомная латиноамериканка, завтра –
потомственная азиатская проститутка, а ещё
через день – меркантильная европейка, которая
пойдёт на всё ради Green Card. Только вот твоё
«Я тебя люблю» уже давно никому не нужно.
Надеюсь, хотя бы это ты понимаешь. Я любила
тебя за искренность, доброту... Многое изме-
нилось! Ты подешевел, раз позволяешь себе
все эти слова в адрес непонятных проходимок.
Мужчины так себя не ведут.
110
Гэбриэл. Майами. 20 марта
10:15. Как же всё-таки приятно смотреть
утром на твоё лицо! Ты не такая, какой тебя
хотели бы видеть мои друзья с родителями...
А это точно не любовь с первого взгляда – она с
самого первого нежного прикосновения, когда
я понял, что ты всегда должна быть где-то на
расстоянии чувственного поцелуя. Утром нас
не разбудит ни паникующий друг, ни болтли-
вая подруга с сотней сплетен! Закрывшись
от целого мира одним хлопковым одеялом,
мы оградили себя от тысячи хлопот и распи-
сались в любви до заката всех последующих
жизней... Прошлой ночью я и представить не
мог, что утром в моей кровати проснётся насто-
ящий ангел. Если бы можно было растянуть
этот момент, остальные точно устали бы ждать
своей очереди – ты восхитительна! Я не соби-
раюсь будить тебя, вероятно потому, что меня
самого никто не сможет разбудить от волшеб-
ного сна по имени Кэтрин... Все вокруг недо-
умевают и потрясённо качают головами под
наш звонкий смех и безобидные шутки! Сегод-
няшним утром мы стали долгим эхом, которое
пронесётся сквозь мгновенья и несколько сол-
111