наше ОТ ФЕВРАЛЯ военное ДО октября прошлое 1917 ГОДА
Право и Защита
ме, там же окончил гимназию, после чего поступил в Казанское юнкерское училище. После училища служил в пехоте. Первый офицерский чин подпоручика получил 14 мая 1896 года, в день коронации императора Николая Второго. Не имея иных доходов, кроме жалованья, женился, когда перевалило уже за тридцать,— до этого возраста неимущие офицеры должны были подавать начальству рапорт, испрашивая разрешение на брак. В 1905 году у Маянского родился сын Авенир, в 1912 году— дочь.
В полку Василий Иванович слыл лучшим стрелком, и именно его в апреле 1910 года делегировали на соревнования в столицу, куда съехались лучшие армейские снайперы. Лучшим среди лучших стал именно поручик Маянский, завоевав приз, учрежденный императором. Вскоре после этого последовало повышение в чине.
С началом мировой войны, командовавший 9‐й ротой 181‐го Остроленского полка штабс‐капитан Маянский отправился на фронт. В июле 1915 года во время боев под деревней Майдан‐Скржинецкий получил сквозное пулевое ранение. После госпиталя уже подполковником вернулся в полк, приняв под команду 3‐й батальон. Новый бой— и новое ранение, шрапнельное, в голову. Снова госпиталь, и опять возвращение в полк. В 1916 году подполковник командовал 4‐м батальоном Остроленского полка и в ходе боев за Кутовщинский лес во время наступления под Барановичами 20 июня 1916 года в третий раз был ранен— пулей навылет.
Из госпиталя выписался 23 ноября 1916 года, и на фронт больше не попал. Ему присвоили чин полковника и отправили командовать 198‐м запасным полком, расквартированным в Коломне. По старшинству чина он стал командиром местного гарнизона.
Революция не удивила и не испугала Маянского, ибо лично ему терять было особенно нечего. В 12‐й графе послужного списка об имущественном положении по состоянию на 27 ноября 1916 года указывалось: « Родового или благоприобретенного имущества не имеет ни он, ни жена ». Семь боевых орденов, в том числе орден св. Георгия IV степени, шашка с орденским знаком св. Анны IV степени, как казалось Василию Ивановичу, обеспечивали ему гарантии неприкосновенности и уважение любой власти.
Вечером 1 марта 1917 года в земской управе полковник быстро согласился « встать на сторону новой власти » и отправился в городское офицерское собрание, чтобы переговорить с подчиненными. Вернувшись, сообщил, что командный состав гарнизона признает власть Временного комитета.
* * * Хлопотным выдался третий день новой эры, выпавший на 2 марта 1917 года от Рождества Христова— в Коломенском уезде спешно формировали органы нового управления. Было созвано широкое собрание с представительством рабочих. По сути, это был аналог новгородского вече, которым ловко манипулировали коломенские общественные деятели, большей частью служившие в земстве. Ничего удивительного в этом нет. Земство было наиболее самостоятельной, не государственной, а общественной структурой, способной к самоорганизации. В сложившейся ситуации оно оказалось наиболее готовым к соответствующим действиям.
Путем простого голосования сформировали исполнительный комитет, в состав которого вошли представители земства, городской управы, кооперативов, рабочих и военных. Комиссаром и представителем Временного правительства в Коломне избрали доктора Брушлинского. Сразу же после собрания исполком отдал приказ разоружить полицию, арестовать жандармов и высших чинов полиции. Так прекратили свое существование остатки царской административной системы, на смену которой пришли выборные органы.
На другой день исполнительный комитет принимал военный парад. Председатель обратился к частям гарнизона с речью, по окончании которой вместо царского гимна впервые прозвучала революционная « Марсельеза ». В тот же день исполком написал первое обращение: « Граждане! Свершилось великое дело— рухнул старый строй, приведший страну в такое ужасное положение. Представители народа в лице Государственной думы и армии взяли власть в свои руки. Разруха государственной жизни так велика, что лишь при дружной, полной, беззаветной любви к Родине, работе всего населения возможно вывести нашу Родину на новый, светлый путь. Граждане! Сохраняйте полное спокойствие, продолжайте свой мирный созидательный труд, относитесь с доверием к новой власти в лице исполнительного комитета и его избранника. Помните, что сейчас от нас самих зависит вопрос— быть или не быть свободной России ».
Больше всего времени для выработки позиции потребовалось духовному ведомству. Пауза затянулась аж до 12 марта, но ничего контрреволюционного и от коломенского священства не последовало. Судя по отчету, опубликованному в « Московских церковных ведомостях », 12 марта 1917 года в здании Троицкой церковноприходской школы состоялось собрание коломенского духовенства, учителей духовного училища и церковноприходских школ « для свободного обмена мнениями в связи с обновлением государственного строя в России ». Всего пришло 60 человек. Председательствовал на собрании священник Озерецковецкий, который позволил высказаться каждому из присутствовавших на собрании. Как отмечено в протоколе, « обмен мнениями прошел оживленно ».
Для разработки вопросов организационного, идейного и программного характера прямым, тайным и равным для всех присутствовавших голосованием выбрали исполнительный комитет духовного ведомс-
38 ЯНВАРЬ— ИЮНЬ, 2017, № 1— 6 www. pravo-mag. com