Письма "Рецепты счастливой семьи" Любовные письма известных людей.PDF | Page 5
Несколько слов от тебя, моя любимая Adele, вновь изменили моѐ настроение. Да, ты можешь делать со мной всѐ что угодно. И завтра я непременно умру, если волшебный звук твоего голоса и нежное прикосновение твоих обожаемых губ не вдохнут в меня жизнь. С какими противоречивыми чувствами я ложился спать! Вчера, Adele, я утратил веру в твою любовь и призывал час смерти.
Я говорил себе: « Если правда, что она не любит меня, если ничто во мне не смогло заслужить благословения еѐ любви, без которой моя жизнь лишится привлекательности, это ли не причина умереть? Должен ли я жить только ради своего личного счастья? Нет; всѐ моѐ существование посвящено ей одной, даже вопреки еѐ желанию. И по какому праву посмел я домогаться еѐ любви? Разве я ангел или божество? Я люблю еѐ, это правда. Я готов с радостью принести ей в жертву всѐ, что она пожелает,— всѐ, даже надежду быть любимым ею. Нет в мире преданности большей, чем моя по отношению к ней, к еѐ улыбке, к одному еѐ взгляду.
Но могу ли я быть другим? Разве не она— цель всей моей жизни? Если она выкажет равнодушие ко мне, даже ненависть, это будет моим несчастьем, концом. Но не повредит ли это еѐ счастью? Да, если она не в силах любить меня, я должен винить в этом только себя одного. Мой долг— следовать за ней по пятам, быть рядом с ней, служить преградой для всех опасностей, служить спасительным мостиком, вставать без устали между ней и всеми печалями, не требуя никакой награды, не ожидая никакой благодарности.
Только бесконечное счастье даст она, если иногда соизволит бросить жалостливый взгляд на своего раба и вспомнит о нѐм в миг опасности! Вот так! Если она только позволит мне положить свою жизнь на то, чтобы предугадывать каждое еѐ желание, исполнять все еѐ капризы. Если она только разрешит мне целовать
Несколько слов от тебя, моя любимая Adele, вновь изменили моѐ настроение. Да, ты можешь делать со мной всѐ что угодно. И завтра я непременно умру, если волшебный звук твоего голоса и нежное прикосновение твоих обожаемых губ не вдохнут в меня жизнь. С какими противоречивыми чувствами я ложился спать! Вчера, Adele, я утратил веру в твою любовь и призывал час смерти.
Я говорил себе: « Если правда, что она не любит меня, если ничто во мне не смогло заслужить благословения еѐ любви, без которой моя жизнь лишится привлекательности, это ли не причина умереть? Должен ли я жить только ради своего личного счастья? Нет; всѐ моѐ существование посвящено ей одной, даже вопреки еѐ желанию. И по какому праву посмел я домогаться еѐ любви? Разве я ангел или божество? Я люблю еѐ, это правда. Я готов с радостью принести ей в жертву всѐ, что она пожелает,— всѐ, даже надежду быть любимым ею. Нет в мире преданности большей, чем моя по отношению к ней, к еѐ улыбке, к одному еѐ взгляду.
Но могу ли я быть другим? Разве не она— цель всей моей жизни? Если она выкажет равнодушие ко мне, даже ненависть, это будет моим несчастьем, концом. Но не повредит ли это еѐ счастью? Да, если она не в силах любить меня, я должен винить в этом только себя одного. Мой долг— следовать за ней по пятам, быть рядом с ней, служить преградой для всех опасностей, служить спасительным мостиком, вставать без устали между ней и всеми печалями, не требуя никакой награды, не ожидая никакой благодарности.
Только бесконечное счастье даст она, если иногда соизволит бросить жалостливый взгляд на своего раба и вспомнит о нѐм в миг опасности! Вот так! Если она только позволит мне положить свою жизнь на то, чтобы предугадывать каждое еѐ желание, исполнять все еѐ капризы. Если она только разрешит мне целовать