Работала с запросом с двух сторон: с одной – после достаточно короткой болезни, а потом смерти мамы, была налицо непрожитая печаль, так сказать, неотгорёванное горе, непринятая судьба мамы. И из этого состояния, когда большая часть психических сил уходила на горевание, найти ресурс и дать жизнь новому, естественно, не получалось.
Эту тему решили. По мужу – другая история. Его брат (старший) по вине (естественно, случайной) мамы. Абсолютно не осознавая того, что рожден был как бы вместо брата, этот мужчина привнес в свою жизнь послание, при чем двойное! Первое: «Для мамы, которая потеряла ребенка, моего брата, я – не буду иметь детей! Так я могу доказать ей свою любовь!». И второе – «В память об умершем брате, я не буду продолжать жизнь в детях!»
Все эти послания, естественно, не отслеживаются в формате жизненных установок. Но наша лояльность семейной системе играет с нами вот такие шутки.
Проработали эти две темы. Сейчас женщина на 4 месяце беременности.
Эту ситуацию написала, как собирательную, в ней много того, что мешало любящим людям стать родителями.
Вывод: термин женственности включает в себя настолько широкий спектр ее проявления! И, в то же время, как же сильно это завязано на принятии мамы, принятии жизни от нее, как главного дара! И, как бы не считали мы себя свободными от благодарности родителям – буду настаивать, что именно эта благодарность и БЕЗУСЛОВНОЕ принятие родителей дают женщине то, что называется женственностью, а умение принять эту жизнь дарит другую возможность – передать ее дальше.
На те же семейные установки завязана и самореализация.
И ту опять, вроде бы, все просто – если психика не занята обработкой эмоций обиды на родителей, вины перед ними, презрения (и так бывает) к тому, как они жили – то тогда у нас есть ресурсы и силы для того, чтобы заниматься собой, своим проявлением в этом мире.
С наступлением материнства женственность расцветает во всей своей силе и красоте.
Василий А. Сухомлинский