Впервые за много месяцев он проснулся со спокойной душой.
Лотерейный кошмар отступил. Алеша даже не сомневался, чей это был телефон. Конечно, отца.
Вот что это были за цифры. – Как же я сразу не понял, вот идиот! А ведь диван-
то работает только в разобранном состоянии! Точно. Сны снятся, а тем более реализуются, если его раскладываешь. Хорошо, а почему тогда приснился выигрыш? Что это значит? Будем считать, что выигрыш впереди, а сейчас надо позвонить по этому номеру.
Приятный женский голос ответил, что Иван Щегол год назад умер, а говорит с Алексом нотариус Мария Берг. А кем, собственно, приходится мистер Маркин покойному?
И когда Алекс брякнул, что сыном, на другом конце провода возникло некоторое замешательство. Рассказывать всю историю по телефону Алексу не хотелось, да и нотариус вдруг спросила, а не Наталкой ли звали его мать. Когда Алекс ответил утвердительно, Мария сказала, что им необходимо встретиться. Договорились на вечер, в знакомом обоим ресторанчике. После разговора Алешу не отпускали угрызения совести. Он ругал себя, что плохо искал, занимался ерундой, забыл, для чего ехал и что обещал своей замечательной маме.
Он взял с собой ее письма. Теперь это было уже никому не нужно, но так, на всякий случай.
А вдруг эта нотариус подумает, что он самозванец, или будет качать права по наследству. А ведь она, оказывается, знает мамино имя. Интересно, откуда. В ресторан вошла стройная светловолосая женщина.
На вид ей было не больше тридцати. Она лучезарно улыбнулась и протянула Алексу руку. – Я вас сразу узнала, – сказала она по- русски, но с заметным акцентом. – Вы очень похожи на мистера Голдфинча. Заметив удивление на его лице, объяснила, что Иван Щегол – это был литературный псевдоним, а на самом деле существовал человек по имени Айван Голдфинч, что является переводом фамилии Щегол на английский. Вот почему, вероятно, Алекс не мог его разыскать. – Я живу на улице имени моего отца? – Ну что вы, Айван Голдфинч не стал знаменитостью.
Он был просто очень хорошим человеком, прекрасным переводчиком и замечательным семьянином. У вас, Алекс, есть брат и сестра. – Думаю, что они не очень обрадуются этому обстоятельству, – кисло заметил Алеша. – Напрасно, они бы мечтали с вами встретиться. Дело в том, что жена Айвана, Моник, оставила его сразу после рождения первого ребенка, а девочку, которую она родила через пару лет неясно от кого, он усыновил уже после ее смерти. Моник плохо кончила.
Она была алкоголичкой. Так что в момент встречи с вашей мамой Айван, хоть и формально был женат, жил один и воспитывал маленького сына. Мария выложила на стол увесистую папку. – Вот тут письма, которые Айван писал всю жизнь вашей маме. В Алешином горле застрял ком, и он положил рядом свой пакет. – Она тоже писала … Мария, как девчонка, всхлипнула и закрыла глаза руками.
Потом они до полуночи сидели и читали вслух письма.
Мария раскраснелась от вина и чужой любви. В ресторане было жарко. Она заколола высоко волосы, сняла пиджак, и Алеша
45