настоящее, официальное. Только представители более старшего поколения, которые причисляют себя к интеллигенции, все еще используют в речи « Петербург». Можно сделать вывод, что изменения в языке по-
разному воспринимаются различными поколениями и социальными слоями его носителей, и, соответственно, принадлежность той или иной лексической единицы к жаргону, разговорному языку или же к литературной норме ощущается неодинаково. Протестовать, конечно, в этой ситуации смысла нет, если вспомнить о том, что язык не существует вне социума, и коль скоро наблюдается устойчивая тенденция к активному проникновению жаргонных слов и значений в сферу общеизвестной лексики, на то имеются объективные причины.
Устранение цензуры и свобода мнений в конце ХХ века привели в области словоупотребления к свободе использования ненормативной( жаргонной, « блатной») лексики.
И если теоретически каждый носитель языка должен интуитивно понимать, в какой ситуации можно или нельзя использовать тот или иной жаргон, на практике оказывается, что лексикон каждого из нас отчасти формируется и находится под большим влиянием СМИ, кино, художественной литературы, общения в социуме.
Поэтому зачастую в активном словарном запасе среднестатистического носителя языка могут быть только лишь слова, подобные тем, о которых шла речь выше. Как следствие происходит обмеление словаря( вспомним Эллочку- людоедку), о котором писала Татьяна Толстая в рассказе На липовой ноге из сборника Изюм. Она пишет о пармезане, который превратился волею рекламодателя в Parm, а пармезан « улучшенного вкуса» – в Parm Plus, и подмечает эту же самую тенденцию: повсеместное употребление в русском языке слов- обрубков. Вот диалог из этого рассказа:
Сцена в ресторане КЛИЕНТ: Дай суп. ОФИЦИАНТ: Вот суп. К.: Суп – крут? О.: Крут плюс. К.( ест) Э?!?! О.: М? К.: Суп не крут. О.: Нет? Как не крут? Ну, клёв. К.: Не клёв. Суп – вон. О.: Что ж... С вас бакс. К.: Пшел в пень! Вот рупь плюс. О.: Зря. Рупь – дрянь. Дай бакс. К.: Хрен! О.: Дам в глаз плюс. Бакс дай! К.: На!( Сам бьет в глаз плюс.) О.: Ык! К.: Ха! Бакс – мой.( Поспешно убегает)
Надеюсь, читателям было достаточно смешно, поскольку смех, помимо хорошего образования, – это наш главный и единственный способ противостоять тому, что нас не устраивает в родном языке. ***
116