ПУТЕШЕСТВИЕ | НЕВЫДУМАННЫЕ ИСТОРИИ
Из первой же порубленной мною лунки хлынула вода. Я отскочил, боясь замочить кисы, но не успел. Бегу к Енкси, а он говорит: « Не бойся, всё нормально, иди к лунке, макни ноги в воду по щиколотку и так постой, пока не замёрзнет. А что будет дальше – сам увидишь ». Стопы мои покрылись несбиваемой коркой, которая въелась в шерсть. Не прошло и пяти минут, как ногам стало жарко, мало того, я понял: теперь никакая вода не страшна. А насколько кисы ещё и удобнее, и легче, и красивее грубых унтов – так тут и слов нет!
Но идём дальше. В описанное выше время коренные жители приезжали в Тарко-Сале на оленях. Всю зиму в посёлке( тогда ещё не городе) то там, то здесь красовались упряжки, и было на что посмотреть! Сейчас же приезжают на снегоходах, и даже квадроциклы случаются.
Время радиостанций с питанием от магнето давно в прошлом. В каждой бригаде – телевизор, порою и не один. Да не какой-нибудь, а жидкокристаллический, да ещё и в цифровом формате. Кстати, именно Ямал задолго до правительственного решения о переходе на цифровое вещание, а потому вначале и негласно, перевел ТВ на цифру. Мы и здесь впереди планеты всей, три ямальских спутника бороздят просторы космоса! Отсюда и мобильная связь с тундрой. Правда, вышек ещё маловато. Весь мир обошёл снимок, когда ненец в голой тундре бросает « мобилу » вверх, чтобы она схватила сигнал.
Вот уже более двадцати лет работает в районе и округе генетическая экспедиция из Новосибирского института цитологии и генетики. Бессменный организатор и руководитель ежегодных высадок учёных в наш и другие районы округа – кандидат биологических наук Людмила Павловна Осипова, человек во всех отношениях легендарный. В целом за свою научную жизнь она провела почти сотню экспедиций по всей России. Но это тоже другая песня. А наша о том, что результаты её изысканий круто оптимизировали жизнь коренных народов Ямальского Севера. Окончательно доказано, что их генофонду ничего фатального не угрожает. Осуществлено, казалось бы, небольшое, но очень существенное переустройство учебного процесса ненецких детей: учёбу начинают не с семи, а с восьми лет, в интернат забирают почти через месяц после начала учебного года, школьное питание приближено к традиционному, возобновляются кочевые школы, организуются и действуют детские сады в лесотундре, а в них, что особенно важно – ненасильственная подготовка к школе.
А теперь, пожалуй, самое главное. В далёкое прошлое ушёл советский патернализм. Отношения техногенной цивилизации с коренными народностями, наше сопряжение с их укладом жизни строятся на взаимовыгодных паритетных началах, исключается иждивенчество со стороны аборигенов, у них укрепляется осознание социальной значимости и смысловой наполненности труда. И это не слизанная у Запада мода. Это выверенная государственная политика, чего не было в восьмидесятые годы, когда коренных тундровиков по партийно-правительственному повелению насильственно переводили на оседлый образ жизни. И знаю я это не с чьих-то слов, а как кадровый партийный работник и член райкома КПСС, вместе с другими и осуществлявший этот перевод, хотя и не верил в его успешность и необходимость.
С начала 80-х годов прошлого века всего за каких-нибудь пятнадцать-двадцать лет сформировался мощный и устойчивый слой коренной интеллигенции. В округе нет ни одного муниципалитета, ни одного представительного органа, ни одной общественной структуры, в составе которых не было бы ответственных сотрудников из числа коренных малочисленных народов Севера. Более того, многие муниципальные структуры ими и возглавляются. И всё это очевидно, всё наяву, вместе с нами, и уже ничего нового, словно бы так и было всегда. Но мы-то знаем, что не всегда, и забывать этого нельзя.
Все мои « чумовые » записи, безусловно, наивны, да они и не могли быть другими, ведь в смысле видения, ощущения, знания и понимания Севера я был в ту пору желторотым птенцом и не более. И даже сейчас, после трёх десятков лет жизни в Тарко-Сале я, как и многие из нас, никогда не буду знать Север так, как он этого требует, прежде всего, от своих детей, коренных жителей. И, полагаю, нам всегда нужно держать в уме, как зарубку, ещё тогда сказанные бригадиром Енкси слова: « Мы жили до вас тысячи лет, и ничего, не вымерли, потому что берегли тундру, лес, оленя, рыбу и зверя. Вы пришли – и маламала поломали нашу жизнь. Кончится газ – вы уйдёте. А что вы нам оставите? Половину тундры? Половину леса? Уже зверя почти нет, скоро и рыбы не будет. После вас нам будет многа-многа трудно и тяжело, чем было до вас …»
92 СЕВЕРЯНЕ № 3, 2018