СОЛЬ ЗЕМЛИ | СУДЬБЫ. ХАРАКТЕРЫ. ЛИЦА
ИЗ АРХИВА ТАТЬЯНЫ ГОСТЮХИНОЙ
Владимир Артеев первый слева, Татьяна Гостюхина ‒ третья. Со студентами медучилища салехардское медучилище. Мы, получается, стали состоять в одной партийной организации и задачи по воспитанию молодого поколения решали вместе.
Владимир Деомидович преподавал историю и обществоведение. Рассказывал интересно, зажигательно. Студенты, надо отдать должное, его любили. Он мог и поругать, и похвалить. Всегда был прост, интересовался их жизнью. Многие родители, особенно тех детей, что приехали из западной части округа, тоже знали Владимира Деомидовича и обращались к нему, если нужно было вмешаться в жизнь учащегося.
Ярко помню два эпизода, связанных с его кипучей деятельностью. По радио и газетным статьям мы следили за войной во Вьетнаме. Однажды Владимир Деомидович, как коммунист и учитель истории, собрал студентов и рассказал об одном из её событий. Он говорил так энергично, так осуждающе, так описывал ужас содеянного огромной современной страной над маленькой, живущей по своим традициям и ничем не вредившей американцам, что у меня лично появилось желание « взять винтовку » и идти защищать юго-восток от агрессора. Я думаю, что, если бы Владимир Деомидович объявил о мобилизации, пошли бы многие, таковы были сила убеждения и энергия выступления. Ещё много раз я слушала публичные выступления Артеева и всегда восхищалась его ораторским искусством и талантом.
Второй случай, впечатавшийся в мою память. Был это, скорее всего, 1976 или 1977 год. Комитету комсомола медучилища выделили комнату, которая располагалась не в учебном корпусе, а на первом этаже общежития. Мне приходилось каждый час по переменам бегать в соседний корпус, чтобы встретиться со студентами, секретарями групп и так далее. Однажды я ушла, не закрыв комнату на ключ, и, кажется, осталась в учительской обсудить что-то с преподавателями. Дождалась следующей перемены, встретилась с кем нужно и вернулась в комитет комсомола. Захожу – а знамени комсомольской организации на месте нет.
Как я переживала! Панику не поднимала, а старалась понять, кто так мог пошутить. Но никто не видел. Иду в учительскую, говорю: так и так. Продолжаю искать – нет нигде. И Деомидыч молчит. Потом признался, что это он меня учил закрывать дверь. Ведь самое священное
СЕВЕРЯНЕ № 3, 2018 35