А икона Владимирской Божьей Матери заняла
▶ своё место в Успенском соборе в киоте слева от царских врат в иконостасе собора. Там её и застала революция 1917 года. И здесь случилось ещё одно чудо: и искусствоведы, и власть, и даже митрополит Пимен согласились провести реставрацию иконы.
В июне 1918 году была создана комиссия по сохранению и раскрытию памятников древней живописи. Как говорил один из членов комиссии В. Анисимов, « область открытия древних икон и фресок – единственная, в которой Россия за эти годы подлинно сделала шаг вперёд ». То, что выполнила комиссия – просто невероятно: все домонгольские иконы, всё, что приписывали Рублёву( и « Троицу », кстати), фрески Новгорода, Владимира, Пскова, но главное – это, конечно, реставрация иконы Владимирской Богоматери. Все участники реставрации, среди которых были Анисимов, Грабарь, Григ, Чириков, с трепетом приступали к работе.
Кажется, неправомерно говорить о красоте иконы, ведь в те давние времена она была не столько эстетическим изображением, сколько окном в божественный мир. Но ведь помимо прочего, Русь выбрала православие ещё и за красоту богослужения, так говорится в « Повести временных лет ». И князь Андрей в церкви женского монастыря в Вышгороде выбрал сразу икону Богоматери, значит, именно красотой превзошла она все остальные иконы.
В XIII века икону пришлось поновить( поновление – необходимый процесс для икон, написанных на доске темперными красками. Для сохранения живописного слоя их покрывают олифой и закрепляют лаком, но с годами этот слой темнеет, да и просто грязь наседает, так что живопись необходимо освежать). Во время возвращения во Владимир икона опять пострадала от татар. Ещё несколько плановых поновлений превратили икону в « слоёный пирог », и работа с ней вывела реставрацию на уровень науки – былое
до какого слоя расчищать, какое изображение в каком слое сохранилось лучше. К 1919 году стало ясно, что, к счастью, уцелели первоначальный лик младенца и лик Богородицы. Мы смогли увидеть первоначальную версию и оригинальные образы Богородицы и Христа.
В таком обновленном виде икона заняла в 1930 году своё место в Третьяковской галерее, в зале вместе с рублевскими « Спасом » и « Троицей ». Но как-то всё шёл разговор о доступности иконы молящимся. И « Владимирскую » в итоге разместили в храме Николы в Толмачах, расположенном на территории Третьяковки, куда можно попасть прямо из музея, где она была доступна и служителям музея. Находилась она в специальном киоте, где поддерживались необходимая влажность и температура. Ведь восемь столетий для доски и красок – очень опасный срок.
Но, почувствовав свою власть, церковь уже не могла остановиться. С начала 1990-х РПЦ настаивает на возвращении ей икон. И не списки хочет, а непременно оригиналы. В Третьяковке уже меняют третьего директора. И. Языкова, член патриаршего экспертного совета по церковному искусству РПЦ говорит: « С точки зрения богословия список обладает тем же статусом, что и оригинал. Согласно седьмому Вселенскому собору, мы поклоняемся не доске и краскам, но тому образу, который написан этими красками на этой доске ».
И « Троица », и икона Богоматери сейчас интересны больше искусствоведам и любителям искусства, чем молящимся. Переданные в церковь, они будут разрушаться,
Оклад для иконы( 2,5 кг золота, серебро, драгоценные камни) к этим шедеврам уже не подойти искусствоведам. А ведь
это национальное достояние … Сколько раз икона Владимирской Богоматери спасала
Россию, а вот себя спасти не смогла. Евгений Корягин, кандидат искусствоведения
b www. russiantown. com
5( 273) май 2026 47