« Ты хороший артист, сынок » |
||||||
|
Марчелло Мастрояни всегда тяготел душой к российскому театру. В 60-е годы он приехал в Москву с одной только целью: пообщаться с артистами « Современника » и посмотреть на Татьяну Самойлову, насмерть поразившую его в фильме « Летят журавли ». В Москве же вдруг попросил показать ему, где артисты пьют. Его повели в ресторан Дома актеров. Однако расторопные кагэбэшники перед его приходом успели разогнать всю актёрскую пьянь, « чтобы не скомпрометировали ». И Мастрояни увидел пустые залы: все артисты, как ему сказали, репетируют и играют. И только в дальнем зальчике одиноко напивался могучий мхатовец Белокуров, которого не посмели « разогнать ». Увидев Мастрояни, он ни капли не удивился, а налил полный стакан водки и молча показал рукой: выпей, мол. Мастрояни вздрогнул, но выпил. После чего Белокуров крепко обнял его, посмотрел в глаза популярнейшему актёру мира и рокочущим басом произнёс: « Ты … хороший артист … сынок!»
Марчелло Мастрояни
Швед пархатый
Говорят, суровая Пашенная, бывшая в силу своего положения, по существу, хозяйкой Малого театра, недолюбливала артиста Кенигсона. И однажды, отвернувшись от него, в сердцах брякнула: « Набрали в Малый театр евреев, когда такое было!» « Вера Николаевна, – вспыхнул Кенигсон, – я швед!» « Швед, швед, – пробурчала своим басом Пашенная, – швед пархатый!»
|
В тамбуре
Вера Пашенная
Малый театр едет на гастроли. В тамбуре у туалета стоит в ожидании знаменитая Варвара Массалитинова. Минут пятнадцать мается, а туалет всё занят. Наконец, не выдерживает и могучим, низким голосом своим громко произносит: « Здесь стоит народная артистка РСФСР Массалитинова!» В ответ из-за двери раздаётся ещё более мощный и низкий голос: « А здесь сидит народная артистка СССР Пашенная! Подождёшь, Варька!»
Доля актрисы при царе
Встреча артистов Малого театра с трудящимися Москвы. Речь держит Александра Александровна Яблочкина – знаменитая актриса, видный общественный деятель. С пафосом она вещает: « Тяжела была доля актрисы в царской России. Её не считали за человека, обижали подачками … На бенефис, бывало, бросали на сцену кошельки с деньгами, подносили разные жемчуга и брильянты. Бывало так, что на содержание брали! Да-да, графы разные, князья …». Сидящая рядом великая « старуха » Евдокия Турчанинова дёргает её за подол: « Шурочка, что ты несёшь!» Яблочкина, спохватившись: « И рабочие, рабочие!..»
* * *
|
Уже на исходе лет своих, рассказывают, Турчанинова как-то звонит Яблочкиной: « Шурочка, я тут мемуары затеяла писать! Так не припомнишь ли, я с Сумбатовым- Южиным жила?»
Умница Подгорный
Замечательный актер Малого театра Никита Подгорный входит в родное здание, и к нему тут же бежит молодой актер с новостью про помрежа: « Никита Владимирович, знаете? Алла Фёдоровна ногу сломала!» Подгорный тут же деловито спрашивает: « кому?!»
* * *
Никита Подгорный, как и многие артисты Малого, любил отдыхать в Доме творчества « Щелыково » – бывшая усадьба А. Н. Островского в Костромской области. Местом особых актёрских симпатий на территории здравницы традиционно был маленький магазинчик винноводочных изделий, в просторечии называемый « шалман ». Так вот, в этот шалман вдруг перестали завозить « изделия ». День проходит, другой, третий – нету! Артисты, привыкшие « поддерживать творческое самочувствие » по нескольку раз в день, занервничали. Собирались, обсуждали ситуацию … Выход нашёл Подгорный, неожиданно вспомнив про одного провинциального артиста, отдыхавшего там же об эту пору. Они вдвоём прибежали на почту, где Подгорный сурово
Никита Подгорный
|
продиктовал срочную телеграмму: « Кострома, Обком партии. Обеспокоены отсутствием винно-водочной продукции магазине Дома творчества « Щелыково ». Подписи: Подгорный, Брежнев ». Сотрудница почты в крик: « Ни в какую, – говорит, – не отправлю!» И тут ей Подгорный: « Не имеете права!» И торжественно – оба паспорта на стол. А второйто и вправду – БРЕЖНЕВ, чёрным по белому!
С великим скандалом отправили! Через три дня было грандиозное актёрское пьянство. Окрестности оглашались криками « Ура!» в честь смекалистого Никиты и тостами во славу незыблемой партийной дисциплины.
* * *
Старейшая актриса Малого театра Елена Николаевна Гоголева была очень щепетильна в вопросах театральной этики. В частности, страстно боролась даже с малейшим запахом алкоголя в стенах театра. Но однажды она была в гостях в подшефной воинской части, и там её уговорили выпить рюмку коньяку. Гоголева очень переживала. Придя тем же вечером на спектакль, она встретила Никиту Подгорного. « Никита Владимирович, – сказала она ему, – простите, Б-га ради! Нам с вами сейчас играть, а я выпила рюмку коньяку!» Подгорный, в котором к этому времени « стояло » этого напитка раз в двадцать больше, тут же возмутился громогласно: « Ну, как же вы так, Елена Николаевна! То-то я смотрю: от кого коньячищем пахнет на весь театр?!»
Буйный темперамент Дикого
Театральным людям хорошо знакомо имя Алексея Денисовича Дикого – замечательного актёра и режиссёра, незабываемого Атамана Платова в лесковской « Блохе », Генерала Горлова во « Фронте », игравшего в кино Кутузова, Нахимова и даже, не к ночи будь помянут, самого Сталина. Обладал он великолепной актёрской фактурой, буйным темпераментом и, как говорят, имел большую любовь ко всякого рода земным
|