63
О МУЗАХ МАСТЕРА
Мастер и Маргариты
Михаил Афанасьевич Булгаков – гений особого склада. Все три его избранницы были почти ровесницами, могли посоревноваться между собой в красоте и в браке с ним не успели состариться. Живя в невероятном, почти сказочном, единении душ с последней женой, Еленой Сергеевной, он сохранил родственную привязанность и к обеим её предшественницам. Они отплатили ему той же монетой: в своих мемуарах постарались не сказать о нём ни одного худого слова. И жизнеописание каждой из « Маргарит » известно булгаковедам до тонкостей – хотя, конечно, всегда разделяется на три периода – « до Мастера », « с Мастером » и « после Мастера ».
ДО БУЛГАКОВА
Знаменитые люди почти всегда меняют своих женщин … ну, не как перчатки, но всё-таки меняют. На других – помоложе, покрасивее, посовременнее. Две-три, а то и четыре подруги – привычное явление в мире богемы, и судьба покинутых спутниц не волнует в большинстве случаев ни самих корифеев, ни их биографов. Гениям простительно …
Три девочки, чьи имена теперь стоят рядом в литературных энциклопедиях, родились в разных концах Российской империи – Тася в Рязани, Люба под польским городом Ломжей, Люся в Риге. Родители Таси и Любы принадлежали к старинным фамилиям и пребывали в высоких чинах: потомок киевских помещиков и актерлюбитель Николай Лаппа управлял саратовской Казённой палатой; полиглот и литератор Евгений Белозёрский был дипломатом, а затем служил по акцизному ведомству. По сравнению со столбовыми дворянками Татьяной и Любовью, « светлая королева » Елена была происхождения самого захудалого, но не менее интеллигентного: её отец Сергей Нюренберг, родом из Киева, работал учителем, адвокатом, податным инспектором и журналистом.
Любители совпадений найдут в биографиях булгаковских жён немало общего. Все « Маргариты » появились на свет осенью: в 1892 году – Татьяна, год спустя – Елена, ещё через два года – Любовь. Все росли в больших семьях: в семействе Лаппа было шестеро детей, у Белозёрских и Нюренбергов – по четверо. Все с детства обожали искусство. Люба всерьёз училась пению и танцам, хорошо рисовала, считалась литературно одарённой. Тася не пропускала ни одной премьеры в саратовской опере, благо финансировал театр отец её подруги. Отец Елены, по рассказам, основал в Риге драматический театр, а сама Елена мечтала об артистической карьере, к которой и готовилась, оставив гимназию.
Раньше других « добулгаковский период » закончился у Татьяны. В 1908 году она приехала на лето к бабушке и тёте в Киев, и ей дали в провожатые по городу мальчика Мишу – сына тётиной подруги Варвары Булгаковой. Длительные совместные прогулки по киевским садам, как всегда, сработали безотказно. Михаил увлёкся Тасей не на шутку, потом много писал ей в Саратов, и когда она не приехала на Рождество, как обещала, даже хотел застрелиться. А Татьяну просто не пустили в Киев родители, которых, как и мать Михаила, изрядно веселил этот подростковый роман.
Однако чувство оказалось куда долговечнее, чем предполагали взрослые – его не смогли излечить даже три года вынужденной разлуки. За это время Булгаков поступил в университет, а Тася с медалью окончила гимназию и стала важной персоной – классной дамой в женском реальном училище. Но стоило ей летом 1911 года наконец-то появиться в Киеве, как Михаил совершенно потерял голову и зимой полетел к ней в Саратов с « ответным визитом », начисто забыв об экзаменах в университете, в результате чего остался на второй год.
Кстати, в то же время и с такой же серебряной медалью окончила гимназию в Петербурге Люба Белозёрская. Теперь она училась в балетной школе и упражнялась в кружении голов на питерских студентах. Люся Нюренберг жила уже в Минске и тоже не испытывала недостатка в поклонниках. От самого настырного из них, поручика Бокшанского, она с помощью хитроумных интриг избавилась, женив его на своей сестре Ольге.
Но вернёмся к главной на данный момент героине. Напрасно родители, не очень довольные выбором дочери, соблазняли Татьяну учёбой в Париже – свою судьбу она уже определила, записавшись в 1912 году на киевские Высшие женские курсы. Пожениться они с Михаилом решили следующей весной.
Варвара Булгакова всячески отговаривала сына от опрометчивого, по её мнению, поступка. Но все запреты и скандалы только добавляли ему упорства. Тогда отчаявшаяся мать решила зайти с другой стороны и затеяла серьёзный разговор с будущей невесткой. Она долго вещала о сложностях семейной жизни, об ответственности, о том, что Мише надо учиться … Татьяна молча слушала – да и что она могла ответить, если уже была к этому времени беременна и ребёнка оставлять не собиралась?
В конце концов Варвара Михайловна сдалась – пусть Тася с Михаилом сами расхлёбывают последствия своего « безумного шага »… Давний друг семьи Булгаковых, священник Александр Глаголев, тоже много времени потративший на увещевания молодых, скрепя сердце, призвал на них Божье благословение и в апреле 1913 года обвенчал упрямую пару в подольской церкви Николы Доброго. В самый ответственный момент, перед аналоем, на них вдруг напал приступ безудержного хохота …
С БУЛГАКОВЫМ
Начавшись со святотатственного смеха, семейная жизнь Булгаковых и дальше протекала весело и интересно, хотя довольно-таки безалаберно – супруги перебивались случайными заработками Михаила и небольшими суммами, которые присылали Татьяне из дома( своё приданое она так и не озаботилась перевезти в Киев). Но это продолжалась недолго – началась война, и студент-медик Булгаков перестал принадлежать себе. Тася помогала мужу работать в саратовском и киевском госпиталях, а в 1916 году, когда он стал полноправным врачом, выучилась на сестру милосердия и отправилась вместе с ним на фронт, в мясорубку Брусиловского прорыва.
На жизни других героинь нашего повествования война почти не отразилась. Люба легко совместила занятия балетом с работой в благотворительных лазаретах
Петрограда. Елена вместе с сестрой( фанаткой Немировича-Данченко) поступила, наконец, в Московский Художественный театр.
Впрочем, и для Татьяны скоро началась мирная жизнь. В тылу катастрофически не хватало медиков, и Булгакова прямо из армии направили земским врачом в глухое село Никольское Смоленской губернии. В первую же ночь на новом месте пришлось принимать роды: Михаил оперировал, а Татьяна, сидя поодаль с учебником по акушерству, читала ему, что нужно делать дальше.
Другие( а их было немало) приключения « юного врача » прекрасно описал впоследствии сам Булгаков, так что пересказывать их не стоит. Они быстро освоились в деревне, Татьяна опять ждала ребёнка, но тут всё рухнуло. Спасаясь от бессонницы, Михаил начал принимать морфий – и случайно « подсел »… Конечно, после этого о ребёнке не могло быть и речи, а когда признаки морфинизма стали заметны окружающим, из Никольского пришлось вообще уехать – « туземцы » и так относились к доктору с подозрением, то и дело грозясь убить его за неправильное лечение.
Булгаков упросил начальство перевести его в Вязьму, но там оказалось ещё хуже. Болезнь прогрессировала, он заставлял Татьяну доставать всё новые и новые дозы, а когда она отказывалась – гонялся за ней с револьвером. Потом каялся, плакал, просил не бросать его одного и не отдавать в больницу … Татьяна сама не ожидала, что у неё найдётся столько любви, терпения, жалости и настойчивости. С огромным трудом она уговорила Михаила выхлопотать отставку по болезни и в начале 1918 года увезла его в Киев. А там опытный врач Воскресенский, отчим Булгакова, сумел его вылечить.
Во время « ломки » Булгакову было, понятно, не до богемных развлечений, иначе он уже тогда мог бы встретиться с Любой Белозёрской, которая как раз жила в эти дни в Киеве. Но их время пока не пришло: Люба вышла замуж за журналиста Илью Василевского и вскоре уехала с ним за границу. Тогда же, в Москве, нашла себе первого мужа и Елена – им стал офицер-штабист Юрий Неелов, сын известного артиста Мамонта Дальского. А семью Булгаковых ждали новые скитания …
№ 7( 24) июль 2005 г. www. RUSSIANTOWN. com
63