Журнал Andy Warhol's Interview Россия Interview № 4 | Page 86

86/ КИНО
«САМЫЕ ужасные МУЖЧИНЫ — те , КОТОРЫЕ НАПЯЛИВАЮТ бейсболку
ИЛИ ТЕМНЫЕ ОЧКИ в помещении И МОЛОДЯТСЯ. А НЕКОТОРЫЕ до СОРОКА ЛЕТ
НОСЯТ МАЙКИ с   дурацкими ДЕТСКИМИ надписями ».
ДЖЕННИФЕР: Сначала хотела на-
звать Хантера Томпсона, но потом реши-
ла, что не круто быть все время пьяной
и обдолбанной. Черт, кого бы я ни назва-
ла, читатели решат, что я полная дура.
Нет, все-таки пусть будет Холден из «Над
пропастью во ржи». Вообще я не много
читаю. Вот что бы ты ответила?
ДРЮ: Упс, теперь понимаю, как ты се-
бя чувствуешь, отвечая на такие вопросы.
ДЖЕННИФЕР: Все, поняла! Я не хочу
быть литературным героем! Я хочу быть
телегероем! Россом из сериала «Друзья».
Все, решено. Или Иисусом, или Россом.
ДРЮ: А что ты больше любишь — день
или ночь?
ДЖЕННИФЕР: Я боюсь привидений,
так что день. Недавно вот поселилась
в одном отеле, и мне померещилось,
что там живут призраки. Так я даже
не стала лицо умывать, чтобы не уви-
деть, как в хорроре, кого-то в зеркале
за собой.
ДРЮ: Боже, какие страсти. Стейк или
рыба?
ДЖЕННИФЕР: Стейк.
ДРЮ: А если бы ты была изобретате-
лем, что бы ты изобрела?
ДЖЕННИФЕР: Очиститель воздуха
от пуканья. Типа фильтра. Я бы еще мно-
го что изобрела, но это — в первую оче-
редь. Очень нужная штука.
ДРЮ: Представь, что тебе осталось
жить неделю. Что будешь делать?
ДЖЕННИФЕР: Нон-стоп прыгать
с па рашютом. Если через неделю уми-
рать, то какая разница как? Я бы пере-
пробовала все, что обычно боюсь делать,
поездила бы еще по миру, очень много бы
ела (смеется), а потом, наверное, отпра-
вилась бы к своим родным в Кентукки.
ДРЮ: Борьба со страхами, много
вкусной еды, любимые близкие люди...
Идеальная неделя. А теперь так: ты жи-
вешь долго и счастливо. Чем бы ты зани-
малась, если бы не стала актрисой?
ДЖЕННИФЕР: Так как я уже в кино-
бизнесе по уши, я бы хотела стать режис-
сером и продюсировать фильмы. Потом
еще бы родила детей. Скучно, да?
ДРЮ: Наоборот, прекрасно. Все хоро-
шие режиссеры — те же идеальные роди-
тели, носятся со всеми, как безумные ма-
маши, и за все отвечают. Так что тебе
прекрасно удастся все это совмещать.
Но что-то мы рано заговорили о детях.
На что ты первым делом обращаешь вни-
мание, когда знакомишься с парнем?
ДЖЕННИФЕР: На улыбку. Я всегда
улыбаюсь в ответ на особенную улыбку,
у меня сразу поднимается настроение.
ДРЮ: А что он должен сделать, чтобы
тебе не понравиться?
ДЖЕННИФЕР: Носить бейсболку или
темные очки в помещении или молодить-
ся — некоторые, например, до сорока но-
сят майки с дурацкими детскими надпи-
сями. И еще у них обычно такой нелепый
самодовольный вид: «Йо! Я такой кру-
той!» Так и хочется сказать: «Ты жестоко
ошибаешься, мужик».
ДРЮ: А меня тошнит от парней в бе-
лых кроссовках. Как только вижу тако-
го, сразу понимаю: полный урод. У меня
большой опыт.
ДЖЕННИФЕР: Да-да-да! Это такие,
как носят спортивные старушки.
ДРЮ: А что должен сделать парень,
чтобы ты с ним пошла на свидание?
ДЖЕННИФЕР: Просто предложить,
но не настойчиво, а как бы в шутку. Это
из-за того, что у меня два старших брата.
Они меня приучили ерничать над всем
хоть немного романтичным. Если кто-то
смотрит на меня влюбленными глазами,
я начинаю над ним издеваться в духе Би-
виса и Баттхеда: «О, беби, я тоже тебя
люблю! Ты такой красавчик!» (Имити-
рует смех Баттхеда.) В общем, пойду
на свидание с парнем, который просто
меня рассмешит, а не заставит гаденько
хихикать.
ДРЮ: Все-таки мы с тобой очень раз-
ные. Хорошо, а если бы ты могла попасть
в фильм, помнишь, как в «Пурпурной
розе Каира» Вуди Аллена? Что бы это
было за кино?
ДЖЕННИФЕР: Вот ты назвала Вуди
Аллена, и я сразу вспомнила «Полночь
в Париже».
ДРЮ: Почему?
ДЖЕННИФЕР: Потому что я люблю
историю, и мне нравится идея оказаться
в Париже и попасть в прошлое, чтобы по-
общаться со всеми этими крутыми писа-
телями и художниками. Или я хотела бы
попасть в «Дневник Бриджит Джонс»
и ходить интервьюировать разных зна-
менитых людей. Новые впечатления каж-
дый день.
ДРЮ: Мне тоже нравится идея с «Пол-
ночью в Париже». Лучший фильм, кото-
рый я посмотрела за прошлый год.
ДЖЕННИФЕР: И мой!
ДРЮ: Забавно, правда, что люди так
идеализируют прошлое? Но мне дей-
ствительно после этого фильма захоте-
лось сделать над собой усилие, стать луч-
ше, что ли.
ДЖЕННИФЕР: Да, стать лучше сей-
час, а не ностальгировать и не жить про-
шлым.
ДРЮ: Так, а теперь вопрос на засып-
ку. Назови любовь всей своей жизни.
ДЖЕННИФЕР: Я уже запуталась. Ты
имеешь в виду в реальной жизни или все
в той же воображаемой?
ДРЮ: Давай в обеих.
ДЖЕННИФЕР: Мне кажется, я слиш-
ком молода и глупа, чтобы сформулиро-
вать, есть ли у меня любовь всей жизни.
С любимым мужчиной нужно пуд соли
съесть, пройти через огонь, воду и мед-
ные трубы, чтобы понять, что он любовь
всей твоей жизни. Многие называют зна-
менитых актеров, но я сама актриса, по-
этому было бы странно, если бы я всерьез
влюбилась в коллегу. Наверное, он дол-
жен быть фотографом или еще каким-то
вечно путешествующим корреспонден-
том. Очень романтично. Но я никого та-
кого не знаю, не говоря уже о том, чтобы
в него влюбиться.
ДРЮ: Боже, где ты была всю мою
жизнь?
ДЖЕННИФЕР: Здесь. А что? Ты тоже
любишь мятущиеся души, которые всю
жизнь ищут себя? (Смеется.)
ДРЮ: Фотограф, путешествующий по
всему миру в поисках идеального сним-
ка. Это моя мечта. Мне кажется, что
можно иметь любовь всей жизни и в мо-
лодости, и в старости. И желательно,
чтобы это был один и тот же человек.
(Смеется.) Я считаю, что ты заслужива-
ешь иметь любовь всей жизни.
ДЖЕННИФЕР: Я не против. Звучит
неплохо.
ДРЮ: А теперь о неприятном. Что бы
ты выбрала — быть защекотанной до
полусмерти или пройти по улице голой
с завязанными глазами?
ДЖЕННИФЕР: Второе. Ненавижу ще-
котку. И потом, если глаза будут завя-
заны, я не буду видеть, что я голая. Так
что лучше ходить по улице в чем мать
ро дила.
ДРЮ: Любимый цвет?
ДЖЕННИФЕР: Вообще их несколько,
но я тут недавно поняла, что мне прият-
но смотреть на все фиолетовое — стену,
машину, одежду, макияж, что угодно.
ДРЮ: Если бы тебе пришлось есть
одно и то же блюдо целый год, что бы ты
выбрала?
ДЖЕННИФЕР: Жареную курицу с ри-
сом и соевым соусом.
ДРЮ: Это счастье. И просыпаться по
утрам опухшей. Но китайская еда того
стоит. Теперь искусство. Какому велико-
му художнику прошлого ты хотела бы по-
зировать?
ДЖЕННИФЕР: У Пикассо я бы смеш-
ной получилась. Но пусть будет Рем-
брандт, ему хорошо удавались женские
тела.
ДРЮ: Да, можно есть сколько влезет,
и не страшно, Рембрандт лишнее убе-
рет. Дженнифер, мне очень понравилось
с тобой беседовать. Вернусь в свой ого-
род и буду улыбаться, вспоминая наш
разговор.
ДЖЕННИФЕР: И мне очень понрави-
лось, спасибо! Пойду съем чего-нибудь.
(Смеется.)