торое сами же Яворницкие и продавали. В неурожайные годы, когда собственного зерна не хватало, Яворницкие зарабатывали на перепродаже горячего вина.
О том, что Евдокия была незаурядной женщиной, свидетельствуют несколько бытовых эпизодов из повседневной жизни мелкопоместных дворян. Если бы не ее хватка, она проживала бы при монастыре или приходском храме как вдова заштатного священника либо приживалкой в дворянской семье.
Один эпизодов связан с собственными крепостными, подаренными родителем. На 1795 г. это были две семьи: Николая Мартыновича Кравченко и Стефана Федоровича Борисенко, всего 4 мужчины и 4 женщины 6. Здесь следовало бы отметить, что семьи эти проживали на дворовом месте в сл. Лиман в приходе Архангело-Михайловской церкви и были проданы Е. Я. Еварницкой еще в 1799 г. поручику Демьяну Павловичу Дьякову вместе с другим имением, доставшимся ей по смерти родителей, но каким-то образом по ревизии 1806 г. эти крепостные оказались опять в ее собственности 7.
В 1810 г. Николай Кравченко подавал прошение Слободскоукраинскому губернатору И. И. Бахтину с просьбой решить его дело, находящееся в Змиевском уездном суде *. Кравченко утверждал, что на самом деле он не подданный Е. Я. Яворницкой, а казенный крестьянин, и от нее « претерпевает разорение и ежедневные несносные в работе налоги ».
Подобные ситуации в среде владеющих незначительным числом душ мелкопоместных дворян, священников, однодворцев возникали регулярно. Причиной таких разбирательств, как правило, становилось отсутствие у владельцев документальных свидетельств, выписей из ревизских сказок или ведомостей, крепостных писем, дарственных, завещаний. Прознав об этом, крепостные пытались таким образом выйти из крепостной зависимости. Часто владельцам дороже стоило заниматься судебной волокитой и сбором подтверждений, и они отказывались от своих собственных подданных.
* На этот момент у Кравченко в семье кроме жены Анны Игнатьевны были двое сыновей – Макар и Прокофий, и дочери Ефимия и Александра.
71