Обратиться к теме благотворительности меня подтолкнула недавняя ситуация, которая произошла около одного из городских супермаркетов. Место это оживлённое, особенно в часы пик. ß, как и большинство людей, после работы спешила закупить необходимые для приготовления ужина продукты. От мыслей о том, что же вечером приготовить, меня отвлёк молодой человек. Он что-то очень тихим голосом пролепетал быстро и невнятно, при этом чуть ли не под нос тыча мне прозрачный куб с несколькими купюрами и горсткой монет внутри. На коробке была размещена фотография девочки в инвалидном кресле, напечатаны её имя и фамилия, диагноз, а ещё, кажется, банковские реквизиты. ß переспросила юношу, чего же он собственно хочет. В ответ услышала более чётко сформулированное: « Помогите— на лечение тяжелобольному ребёнку ». Откровенно говоря, я не привыкла раздавать свои кровно заработанные направо и налево просто так. Поэтому прежде, чем помочь, стараюсь разузнать как можно больше информации о том, кому моя помощь так необходима, ведь, как известно, плутов на свете немало. Следующий мой вопрос касался девочки. ß решила уточнить: откуда ребёнок, что с ним и какой благотворительный фонд представляет молодой человек. Ни на один этот вопрос он, к большому моему изумлению, ответить не смог. Парень просто отошёл от меня, обратив всё своё внимание на « следующую жертву ». Именно жертвой, к счастью, неудавшейся, я себя почувствовала в тот самый момент. Придя домой, я зашла в интернет и ввела в « поисковике » данные девочки. Оказалось, что она существует на самом деле, проживает, правда, не в нашем городе, и... сбор денег для неё закрыт! Так что же это было? По-моему, налицо явное мошенничество. Человек пытался подзаработать на душевной доброте устьилимцев. Эта ситуация натолкнула на множество мыслей: контролирует ли кто-нибудь у нас в стране такую сферу деятельности, как благотворительность, насколько законно такое стояние с узнаваемыми прозрачными коробками на улицах и в магазинах, как отличить человека с искренними помыслами помочь нуждающимся от « коллег » известного Остапа Бендера?

Как ни печально, мольбы о помощи раздаются всё чаще, буквально отовсюду. Призывы помочь собрать средства на лечение, вещи для малоимущих или погорельцев и тому подобное встречаются в социальных сетях, на телевидении, в журналах и газетах, на специализированных сайтах, на улицах, на листовках и баннерах, в магазинах. Для нашего городка, где все друг у друга на виду, сбор средств на улице- явление всётаки редкое. Как правило, страждущие обращаются к горожанам через официальные источники распространения информации, предоставляя все необходимые документы, подтверждающие необходимость « всенародного » сбора денег. Однако, побывав в нескольких городах нашей необъятной Родины, я пришла к выводу, что в более крупных населенных пунктах уличная благотворительность очень развита. Сплошь и рядом: в парках, электричках, у торговых центров, метро, на проезжей части и в других оживлённых местах, где легче всего насобирать приличные суммы,- можно встретить молодёжь в футболках с логотипами различных благотворительных фондов. Активные

ребята твердят заученные фразы и лозунги, иногда продают какие-нибудь мелочи типа ручек, браслетиков, брелоков с уверениями, что все средства от продажи пойдут на помощь нуждающимся и обязательно спасут чью-то жизнь. Спешащие прохожие, во-первых, не очень внимательно вникают в суть: кто, для кого и на что просит деньги. Во-вторых, большинству не жаль расстаться с полтинником или сотенной для благого дела, тем более, что лишних « телодвижений », как то: переписывать номер карты или расчётного счёта, идти в банк, переводить средства и так далее делать не надо. При этом денежку дал- хороший поступок совершил, на душе приятно. С чувством выполненного долга прохожие убегают дальше по своим важным делам. А денежный поток, иногда хоть и медленно, но всегда очень верно, льётся в ящики-копилки, а оттуда... Только в редких случаях можно наверняка сказать- куда именно.

В последнее время телевидение, газеты и интернет заполонили сообщения и разнообразные репортажи о лжеволонтёрах, которые собирают денежки доверчивых и добропорядочных граждан под благовидным предлогом. А на самом деле, как говорится в новостных сюжетах и газетных статьях, только не более 10 % процентов- настоящие волонтёры, которые честно, добросовестно, по зову сердца помогают реальным людям.

Остальные 90 % случаев- это бизнес « на жалости ». ß бы даже провела параллель с профессиональными уличными попрошайками, коих тоже великое множество промышляет в больших и малых городах. Çдесь также все собранные « тугрики » из прозрачных ящиков перекочёвывают в карманы предприимчивых организаторов « жалостливого » бизнеса. Милые мальчики и девочки тоже работают не за бесплатно: за каждый выход на улицы они, как и лжеинвалиды, мнимые иностранные многодетные и прочие « лже- », получают свой процент.

Проверить утверждение о том, что лжеволонтёрство- это самая настоящая работа, не составит никакого труда. Нужно просто ввести в « поисковике » соответствующий запрос, и в ответ получаешь целый список сайтов с предложениями из разных регионов. Автор этих строк решила позвонить по нескольким номерам « работодателей », представляющихся на интернет-порталах благотворительными фондами, и задать вопросы, например, о размере зарплаты, графике работы. Если честно, в большинстве случаев отвечать на вопросы на том конце провода отказывались, пообещав всё рассказать при личной встрече. Некоторые абоненты открыто рассказывали, что график и место работы( вплоть до города) соискатель-волонтёр волен выбирать самостоятельно- зависит от того, сколько он хочет получать, т. к. итоговая сумма зарплаты зависит напрямую от суммы собранных пожертвований. Чтобы устроиться на работу, мне предложили лично прийти в офис на собеседование, а когда я говорила, что нахожусь в другом городе, предлагали отправить на электронную почту скан паспорта( все страницы), личную фотографию с открытым паспортом в руке, заявление, заверенное подписью. После согласования и утверждения моей кандидатуры на должность волонтёра мне в ответном письме должны были отправить готовые к распечатке мини-баннеры с фотографиями детей и другими данными. Их нужно было распечатать

, наклеить на прозрачный ящик, который можно получить в офисе или изготовить самостоятельно. При этом меня заверили, что дети эти реальные, диагнозы- тоже. Ежедневно я должна переводить собранные средства на счёт работодателя. Никаких договоров, трудовых книжек, резюме, документов об образовании и т. д. Вот так всё довольно просто. Через пару дней я вновь позвонила на те же номера, только теперь представилась журналистом. На этом слове меня резко прервали, бросив грубо: « Вы не туда попали ». Думаю, комментарии тут излишни.

Кстати, в ходе своеобразного « собеседования » выяснилось, что, как правило, зарплата будет либо фиксированной и составит примерно от 1000 рублей в день(!), либо 10-15 % от собранных средств. Редко, но бывает, что какая-то часть денег всё же доходит до адресата, а именно: больного ребёнка, детского дома, приюта для животных и пр. Както подруга, коллега по журналистскому цеху, рассказала мне вот какую историю. Она живёт в другом городе, их издание на постоянной основе размещает информацию о нуждающихся в материальной помощи семьях. Так вот, к ним обратилась женщина, ребёнку которой требовалась срочная операция. Как водится, они проверили все документы, и медицинские в том числе. Через день после того, как информация была размещена, женщине позвонила девушка, сказала, что хочет помочь, и попросила о встрече. На встречу пришли двое: парень и та самая девушка. Они представились организаторами некоего фонда, показали документы и предложили свою помощь. Сказали, что в штате у них есть волонтёры, и они многим уже помогли. От матери больного ребёнка нужно было нотариально заверенное согласие на то, чтобы БÔ( здесь и далее благотворительный фонд— прим. автора) мог на законных основаниях использовать фото ребёнка и другую конфиденциальную информацию, ну и, собственно, предоставить эту информацию. Конечно, женщина согласилась. Ведь помощь в таком деле важна любая! Примерно через месяц парочка напомнила о себе: они принесли небольшую сумму- 5000 рублей. Женщина сердечно поблагодарила и взяла деньги, написав расписку в получении. Сбор продолжался. Таких визитов было несколько. Конечно, маме стали звонить знакомые и говорить, что видели фото её ребёнка на ящиках для сбора в разных местах, спрашивали, много ли собирают таким способом. Оказалось вдобавок, что люди видели точно такие же ящики даже далеко за пределами их области и что денег в них набирается очень прилично. Приходили те двое к ней ещё два раза и приносили ровно по такой же сумме. Когда женщина, очень сильно стесняясь, все-таки решила уточнить, почему сумма так невелика, ведь коробок много, ей ответили, что сбор идёт не только для её ребёнка, хотя фото используется именно его. От их услуг женщина в итоге отказалась и рассказала обо всём моей коллеге. Как стало известно позже, с этими « благодетелями » столкнулось несколько семей в этом же городе.

Пока материал готовился к выпуску, я вновь столкнулась с симпатичным, приличным на вид юношей с прозрачной коробкой и фотографией всё той же девочки. Ситуация развивалась практически точь-в-точь, как и описанная в начале статьи. Только на сей раз, наученная опытом и подкреплённая полученными

знаниями, я задала человеку, позиционирующему себя как волонтёр, вопросов побольше. У нас состоялся примерно такой диалог:

- Çдравствуйте. А могу я узнать, кому вы собираете деньги?

- Больной девочке( назвал имя) на лечение

- А где она живёт?- В Кирове.

- Так, если не ошибаюсь, ей уже сделали операцию?

- Эээ... Да, операция была. В Китае. Теперь нужны средства на реабилитацию.

- А какой благотворительный фонд вы представляете?

- Никакой. Мы сами по себе.- « Мы »- это кто?- Ну, волонтёры.- У вас есть удостоверение волонтёра?-Нет.

- А как вы передаёте собранные средства девочке?

- Мы отправляем женщине, которая занимается сбором, а она уже передаёт их как-то маме этой девочки.

- А вы сами где живёте?- Ммм... Çдесь.- Где здесь?- В Усть-Илиме.- Если не секрет, хорошо жертвуют?- Нормально.- А вы сколько за эту работу получаете? Ответа не последовало.

В общем-то, с первого взгляда кажется, что ничего такого криминального нет. Однако, как выяснится позже, нестыковки в ответе молодого человека всё же были. После того, первого, случая я посоветовалась со знающими людьми, как поступить, если ещё раз встречу такого вот « филантропа-благодетеля ». Одна из рекомендаций- при подозрении, что это действуют мошенники,- звонить в дежурную часть. Во второй раз именно так я и поступила. Позвонила « 02 », обрисовала ситуацию. По моему сообщению направили « отрабатывать » местного участкового. Позже мы встречались, он брал письменные объяснения с меня. Çаодно и рассказал, что же поведал ему молодой человек. По словам участкового, парень живёт в Братске, помогает больной девочке добровольно, все собранные средства отправляет некой даме, что « пригласила » его поучаствовать в « благотворительности », у которой заключено соглашение с мамой девочки об оказании помощи, « на себя » эти деньги он не тратит. О названии фонда- ничего. Только адрес ещё назвал, где якобы « базируется » фонд с дамой: Московская область, г. Мытищи, ул. Силикатная, номер дома и квартиры. Снова интернет-поисковик « в помощь ». « Çабиваю » адрес. Судя по « выпавшим » данным, дом существует, и он жилой. Ещё здесь располагается несколько административных помещений: банк, магазины, салон красоты и пр. БÔ никакого в списке не значится. Совпадение или нет, но вот уже недели две « волонтёров » на улицах и в супермаркетах я не вижу. Конечно, я не утверждаю, что эти ребята, с которыми мне довелось встретиться, не те, за кого себя выдают( или, что маловероятно, по недалёкости своей дают себя ловко водить за нос и искренне считают, что помогают нуждающимся), а их деятельность- чистой воды мошенничество. Однако лично у меня стойкое ощущение, что деньги, которые они успели собрать, ни один

Марина Железовская, « Вечерний Усть-Илимск »

больной ребёнок не увидит. Как у нас говорится: « Не пойман- не вор »?

Действительно, уличить в нечистоплотности таких вот « волонтёров » практически невозможно. Нашим законодательством такой вид сбора денежных средств никак не регламентируется, посчитать, сколько денег кто собрал- нереально в принципе. Если рассматривать бизнес на благотворительности как мошенничество, то нужно искать потерпевших и доказать факты присвоения чужого имущества. Как аргумент- ведь никто же не заставляет прохожих отдавать деньги насильно. Õотя если очень захотеть, то можно наказать « лжеволонтеров » по всей строгости закона. И такие примеры уже есть.

Отметим, что существует ряд требований к установке стационарных ящиков, которые часто располагают в магазинах, салонах связи и пр. В частности, прозрачные боксы должны быть опечатаны, закрыты на ключ, а между БÔ и организацией, на чьей территории он размещается, должен быть заключён договор. Выемка денег сопровождается составлением акта. Потом полученные рубли вносятся в финансовый отчёт БÔ, с которым можно ознакомиться в любое время на сайтах. Настоящие фонды, в том числе и в нашем городе, именно так и поступают: устанавливают фирменные кэш-боксы, соблюдая все требования. А вот просить деньги на улицы и в квартиры никого не отправляют. Касаемо этого момента даже подписана декларация о добросовестности в сфере благотворительности при сборе средств через ящики-копилки. С текстом можно ознакомиться на официальном сайте Ассоциации социально-ориентированных некоммерческих организаций « Благотворительное собрание « Все вместе ». Уже более двухсот российских благотворительных фондов подписали данную декларацию. Как сообщается на сайте газеты « Коммерсант », поддержавшие документ организации, в числе которых фонды « АдВита », « Подари жизнь », « Вера », « Волонтёры в помощь детям-сиротам » и прочие, заявили, что не будут применять такие технологии сбора, и призвали общественность и частных жертвователей не вносить пожертвования « вне мест проведения организованных благотворительных мероприятий ».

Да, к сожалению, прибыльный бизнес « на жалости » расширяет свои горизонты, сводя на нет старания настоящих БÔ, которые с большим трудом и от чистого сердца помогают людям. И всё труднее понять человеку с добрыми побуждениями, кто перед ним: представитель настоящего благотворительного фонда или мошенник, использующий его имя и репутацию. Так что же теперь, не помогать? Конечно, помогать! Только делать это нужно разумно. К примеру, переводите деньги только в официальные фонды. Без опаски можно помогать тем, про кого говорят на государственных и частных телеканалах, имеющих все необходимые лицензии на вещание, не стесняйтесь задавать вопросы и спрашивать документы, проверяйте информацию в интернете. Если появилась хоть капля сомнения, лучше не жертвовать. Прискорбно, что мошенники всех мастей часто остаются безнаказанными, при этом компрометируют добрые намерения такого эффективного способа сбора средств, как обращение « с миру по нитке ». Наша общая задача- не очерстветь душой, не поддаваться на уловки « потомков » великого комбинатора и с лёгким сердцем быть милостивыми.