жизнь | отцы и дети
Я не верю в гороскопы и всякий фэн-шуй. Поэтому только смеялся, когда рожденной в Год лошади дочке дарили игрушечных лошадок одну за другой. Но вот она подросла, стала выбирать игрушки сама, и оказалось, что у нас по‐прежнему не дом, а конюшня: лошадки-качалки, лошадки с гривой для расчесывания, лошадки пушистые, лошадки гладкие, лошадки на колесах. Катание на живых лошадях тоже было любимым аттракционом – никакие карусели и велосипеды не могли сравниться с этим удовольствием. В десять лет Маша сама нашла ближайший к дому конный клуб и стала заниматься. Через пару лет ее требования выросли: она захотела перейти в другой клуб – ездить туда было дальше, но зато уровень подготовки был выше.
Всегда поддерживал ее увлечение, но относился несерьезно, скорее снисходительно. Главным для меня была, конечно, учеба. Если выполняешь все задания, учителя довольны, оценки отличные – пожалуйста, катайся себе в свободное время. Но если фундамент начнет проседать, то есть успеваемость понизится, первым делом будет снесена надстройка – хобби, отнимающее время. Маша это понимала и старалась успевать везде. Ей было непросто. Школа высокого уровня, с большой нагрузкой, зрение садилось буквально по единице в год, но она держалась молодцом, выполняя поставленные условия. Я, если честно, ждал, что она рано или поздно остынет. Но ее увлеченность только крепла, и я начал тревожиться. Уже не за горами окончание школы, выбор вуза – учеба, которая потребует серьезного подхода и много времени, а у нас все мысли только об очередной прибамбасине для верховой езды. Дорогущей прибамбасине, кстати. штрих
Преодоление вместо избегания
Благодаря мотоциклу мне стала легче даваться длительная концентрация. Преодоление вместо избегания. Нет возможности соскочить с дистанции, остановиться в дождь, снег, неудобную дорогу – это все проецируется и на дело. 2015 год, например, для компании был очень непростым, много ключевых людей психанули и ушли, потому что часто реально казалось, что всё – не удержимся. Но один поворот, другой, бездорожье, и вдруг смотрю: снова ровненько идем. Да еще и с ветерком двигаемся.
Я сам всегда скептически относился к людям, для которых увлечение занимает в жизни и голове больше места, чем работа. Наверное, у каждого есть такой друг, который работает где‐то абы как – за прожиточный минимум и свободный график, но зато все свободное время проводит в горах, что‐то мастерит в гараже или экспериментирует с гитарой в подвале и тем на жизнь вдохновляется. Для меня же всегда бизнес был главным, любимым занятием. После того как я взялся за свой первый магазин в 19 лет, ничто не отвлекало меня от развития собственного дела, поиска новых людей, возможностей, подъема уровень за уровнем. Для меня это было и экстримом, и релаксом. За один день на работе порой такие американские горки проходишь, что никакого дополнительного драйва не надо. Поэтому когда несколько лет назад я начал залипать на фотки мотоциклов, то поначалу не придал этому значения. Это было чисто эстетическое увлечение – одним нравится смотреть на море, другим на котят, третьим на мотоциклы. Сидишь рассматриваешь – ничего больше. Всерьез об этом думать было смешно, тем более с нашей погодой и дорогами. Мотоцикл? Мне?
Первая мысль о переходе от картинок к реальности щелкнула в голове, когда я купил новую квартиру, а под домом были расположены гаражи. Вдруг почему‐то подумал: « А ведь теперь, пожалуй, можно!» При этом все еще не вполне понимал – зачем. Я поехал по мотосалонам. Клянусь, до этого я не то что за рулем, но и в качестве пассажира ни разу в жизни на мотоцикл не садился. А тут изучил все чоперы, замучил всех продавцов. И в итоге выбрал « Ямаху FJR1200 », 300 кг. Купил в феврале 2013 года, поставил в гараж, всю зиму на него ходил любоваться, а в апреле пошел учиться. Учились мы на « жабрике » – маленьком, слабомощном мотоцикле. Все казалось просто и понятно. А вот когда отучился, получил права и настало время выкатывать свое чудо из гаража и ехать в ГАИ за номерами – тут‐то я и трухнул. Выкатил – сел и трясусь. Пошел кофе выпил, вернулся, опять сел. В итоге сдался, сделал « звонок другу », тот меня до ГАИ проводил. А вот оттуда я уже поехал сам – на дачу, на работу, на съезд руководителей филиалов и везде, где только можно и нельзя. Два дня себя ощущал так, словно у меня выросли два здоровых железных крыла, а на третий день эйфории я в первый раз разложился. По-глупому совершенно: подъем с угла, песок – ничего непонятно, что именно произошло. Вылетел на 20 метров, да еще без защиты – в футболке и джинсах, ободрался весь. Но меня уже было не остановить. Облился зеленкой, поехал в ремонт.
За два года экспериментов я окончательно ответил себе на вопрос, для чего мне мотоцикл: чтобы на нем жить, а не тусоваться, гонять и прочей ерунды. На тусовки у меня времени нет, гонки на скорость меня не влекут, компания в дороге больше обуза, чем радость( ехать на равных сложно, все время кому‐то кажется, что его интересы ущемлены). Дальность перегонов тоже не прельщает: ну что с того, что ты проехал за день тысячу километров, если реально помнишь из нее лишь те двести, кото- стр. 82