жизнь | путешествие
детали
Стр. 54‐55. Гётеборг. Мы попали прямо на фестиваль исторических лодок. Вот в таких местах нужно детям пре подавать историю флота.
1. Фрегат « Штандарт ». Это боевой и любимый корабль Петра Первого, построенный в 1703 году. Его дубликат спущен на воду в конце 1990‐х.
2. Палуба. Команда Петра Первого насчитывала 150 человек. Понятно, что большей части матросов приходилось спать на палубе. Ночью здесь жутко холодно.
3. Каюта. Наши условия для сна: гамаки, подвешенные к потолку. Кстати, это лучшее спальное место на корабле, если вы относитесь к тем 80 %, которые подвержены морской болезни. ли шведы, англичане и искренне восхищались фрегатом и нашей историей.
Сколько в нашей стране делается отличных проектов на энтузиазме простых людей? Да масса. С миру по нитке парни собирали деньги и материалы, чтобы построить этот исторический корабль. Я часто слышу вопросы о том, почему внутреннее чувство самонасыщения сегодня зашкаливает, ведь многие из нас родились при советской власти, а кто‐то и вырос при ней, где потребности социума были важнее индивидуальных желаний. Что произошло с людьми, когда вся эта идеология посыпалась? За какие‐то 10 лет люди изменились до неузнаваемости. Почему мы стали способны на многое ради джинсов и жвачки, а не ради парней из соседнего двора, которым в жизни повезло чуть меньше? Разумеется, требуется масса усилий, чтобы головы людей привести в порядок. Но времена все же потихоньку меняются. У меня лично есть много знакомых предпринимателей, которые вкладываются в социальные проекты: выделяют деньги детским секциям, строят дворы, делают скамейки для бабушек. Безразличие и безмерное потребительство( хочется верить) отступает.
Чтоб стать членом команды « Штандарта », нужно всего лишь подать заявку и оплатить благотворительный взнос( ну и оказаться в порту его стоянки – в Европе). У капитана три офицера, за каждым из них закрепляется команда матросов, которые по очереди несут вахту. Я, разумеется, был матросом. Нас таких было 25 человек из семи стран – Англии, Израиля, Америки, Польши, Швеции, Украины и Франции. Говорили в основном на двух языках – русском и английском. Порой команды давали на причудливой смеси английского языка и крепкого русского словца. Кстати, про команду: у Петра на фрегате команда состояла из 150 человек. Честно говоря, я не понимаю, как они там помещались. Нас было 30, и то было тесно. Видимо, в те времена половина матросов спала ночью на палубах, хотя я и это слабо представляю, потому что по ночам в море очень холодно. Наши условия для сна: гамаки, подвешенные к потолку в кубриках. Привыкаешь к ним быстро. Неприятный момент: бывает какая‐то щелочка в палубе( между досками, из которых сделан корабль, проложено что‐то типа резины, но иногда этот слой в каком‐то месте сдвигается, и образуется щель), и сквозь нее струя воды капает прямо тебе в гамак или сразу на тебя. Но все мы настолько сильно на самом деле уставали, что, когда ложились в гамаки, сразу отключались.
80 процентов людей болеют морской болезнью. Я оказался в их числе. Чтобы прикачаться, нужно дня три. Качка – это когда твое сознание не принимает тот факт, что ты находишься в море. По сути, качка – это борьба с собственным сознанием. Симптомы – головокружение и сонливость. Я практически все время спал первые трое суток. Кстати, в гамаке, как ни парадоксально, качает меньше всего, так как он принимает положение земли, а не корабля. А когда мы на первой остановке сошли на берег, я понял, что такое морская походка: это когда ты ногами пытаешься поймать как бы качающуюся землю.
Вахту нужно нести каждые восемь часов. Если быть точнее, то сама вахта длится четыре часа: ты должен стоять за штурвалом, выполнять многочисленные команды офицера и капитана по настройке парусов. Из всей работы на корабле самое страшное, пожалуй, – это подъем на мачту на верхнюю рею: мачта раскачивается, ветер сдувает, земля далеко, а ты стоишь на канате, цепляясь за парус. Страховка есть, но ты ее постоянно переключаешь, и в момент переключения есть вероятность упасть. Если упадешь – не собрать. Конечно, страшновато. Затем наступает подвахта( тоже четыре часа), которая подразумевает, что ты в любой момент должен прибыть на помощь тем, кто сейчас на вахте. Вахта может быть днем и ночью – когда угодно. Ночью вахта несется в темноте и на ощупь, кроме тех случаев, когда светит луна. Штурвалом легче всего управлять ночью, для ориентации лучше выбирать какую‐то звезду на небе и на нее направлять корабль, так как навигационное оборудование показывает положение корабля с отставанием в 10‐15 секунд. В момент отдыха, лежа на палубе, можно разглядывать Млечный Путь. Таким ярким я его еще никогда не видел. Но самое незабываемое впечатление оставил фосфорицирующий планктон, омывающий неоновыми волнами борта корабля, как будто корабль идет по живому одеялу Млечного Пути. Если кто‐то хочет увидеть это явление, оно есть в фильме « Жизнь П ».
Люди стремятся в такие поездки, потому что они пропитаны романтизмом. Я общался с ребятами на корабле, и у каждого из них своя история, своя мотивация. Один француз( уже мужчина в возрасте) детство прожил около моря. Когда он был мальчиком, у него была лодка, на которой он любил рыбачить. Повзрослев, он переехал, и море стало далеко. Когда же вышел на пенсию, то решил, что остаток жизни хочет провести на разных кораблях. Он теперь практически не останавливается: поездка за поездкой. Для него это счастье. У двоих девчонок( девушки на корабле тоже есть) отцы работали на флоте. Они помнят запах своих отцов, когда те возвращались из плавания, их бесконечные морские байки. Поэтому они тоже частенько выходят в море, даже подрабатывают на нескольких кораблях. Другие ребята любят стр. 58