Апрель 2005 | Page 56

НО ПОМНИТ МИР СПАСЕННЫЙ …

В свое время два французских журналиста издали книгу с сенсационным названием « Война была выиграна в Швейцарии ». Невольно умаляя заслуги советской армии, авторы отводили ведущую роль в борьбе с фашизмом советской разведывательной группе, действовавшей на швейцарской земле. Результаты ее действий были и вправду впечатляющие, а руководил группой венгерский еврей, ученый-географ Шандор Радо.

Шандору – восемьдесят, но он и сейчас плавает в бассейне, играет с приятелями в шахматы – у него первый разряд. По телевидению любит смотреть футбол. Встреча наша происходит в 1977 году. Венгерские футболисты и шахматисты тогда блистали, и Шандор говорит о них с удовольствием.

Еще он любит пешие прогулки. Маршрут один и тот же. Сначала с цветами на кладбище, где покоится Лени, жена и боевой товарищ( советская разведчица, звавшаяся в войну Марией). Оттуда – в геодезический институт на площади Святого Стефана. И так каждый день.

Я расспрашиваю его о нынешней работе. У доктора географических и экономических наук она весьма разнообразна: он – советник министра сельского хозяйства, председатель венгерского географического общества, редактор журнала « Актуальная география ». Радо владеет восемью языками, потому так обширна почта со всего света. Часты зарубежные командировки, самые последние – в Нигерию, Панаму, США.

– В Соединенных Штатах немного похулиганил, – улыбается Шандор. – В нью-йоркском аэропорту прохожу паспортный контроль. Замечаю: чиновник изменился в лице, видимо, в каком-то списке значусь советским разведчиком, хотя уже более тридцати лет разведкой не занимаюсь. Через минуту появляется еще один сотрудник аэропорта, смотрит мне в лицо немигающими глазами. Но документы в порядке, я иду своей дорогой, меня встречают, везут в отель. Тотчас подъезжает еще одна машина, из нее выходят двое. Как в плохом кино: в одинаковых плащах, в шляпах, во рту – жвачка.

Встреча с коллегами назначена на вечер, можно погулять по городу. Выхожу. Следом шествует один в шляпе. Я в подземку, он за мной, я в универмаг, он туда же. Захожу в большой магазин, демонстративно смотрю на часы и направляюсь в туалет. Оттуда появляюсь вместе с каким-то общительным американцем, жму ему руку. Он в одну сторону, я – в другую. Филер растерян – не знает, за кем идти. Я – на третий этаж, там опять в туалет, быстро меняю куртку, очки, спускаюсь по другой лестнице, на улице останавливаю такси. « Хвоста » вроде не видно.

Шандор заразительно смеется. А у меня отличный повод перейти к его прошлому, к разведывательной деятельности. О ней он и написал книгу воспоминаний « Под псевдонимом Дора ». Незамысловатый псевдоним – вчитайтесь: Ра-до, До-ра. Но сработало. Воспоминания советского разведчика были изданы в Москве на русском языке стотысячным тиражом и имели огромный успех. Читатели получили возможность из первых, так сказать, рук узнать о фантастической работе Шандора. Кстати, в отличие от большинства коллег, он разведшколу не кончал.

В 1936 году в Швейцарии открылось картографическое издательство « Геопресс ». Возглавлял его известный ученый-географ Шандор Радо. Это было отличное прикрытие. Правда, приходилось отдавать немало времени издательским делам. Но основная деятельность Радо с картографией прямой связи не имела. В июне 1940 года он отправил в Москву сообщение о том, что Гитлер принял решение напасть на СССР. Шли месяцы, и донесения Доры становились все более конкретными. Уже в феврале 1941-го Москва узнала, что на западных рубежах нашей страны сосредоточено 150 немецких дивизий. В сообщениях из Швейцарии постепенно уточнялась и дата вторжения. Не вина разведчика, что к его данным не отнеслись с должным вниманием.

Летом 1942 года Москва узнала о ведущихся в германских лабораториях работах по расщеплению уранового ядра. Радо установил, когда начнется немецкое наступление на Курской дуге, выяснил, что собой представляет новейший германский истребитель, сколько дивизий выставят союзники Гитлера, как идет строительство « Восточного вала », получил и передал точные данные о потерях вермахта и о том, что Италия накануне краха …

В советских архивах хранятся сотни( Радо считает – около шести тысяч на самом деле!) его сообщений из Швейцарии.

Спрашиваю: можно ли сейчас сказать в открытую, сколько человек было в группе?

– Можно. Около восьмидесяти. Информаторы имелись у меня в Германии, в Италии, в Австрии, во Франции. Это были не только граждане названных стран, но еще и англичане, евреи, испанцы, венгры, швейцарцы. – А русские? – Русские? Русских, как ни странно, не было. Разумеется, ко мне приезжали курьеры из Москвы, отличные парни, но такое случалось редко. В группу входили коммунисты, социалисты, беспартийные. Кто-то потом сменил убеждения, но тогда все были антифашистами. Это главное.

– Восемьдесят человек … Не слишком много для разведгруппы?

– Чудовищно много. Но получилось так, что мне пришлось принять под свое крыло несколько швейцарских групп, оставшихся без связи с Москвой. Тем не менее, благодаря отлично налаженной конспирации нам удалось продержаться довольно долго. Меня, например, знали всего несколько человек. Я тоже не всех агентов знал в лицо. Некоторые псевдонимы были раскрыты только после войны.

– Но кое о ком теперь уже можно сказать? Вот вы очень тепло пишете в книге о Соне. Это, наверное, не подлинное имя?

– Конечно, псевдоним. Зовут ее Рут Вернер, она писательница. Я встречался с ней в Берлине, она приезжала в Будапешт. Соня очень дружила с моей Лени в Швейцарии. Тогда она мне здорово помогла, подготовила радистов. Я возражал против ее отъезда, но Центр приказал. – А Сиси? – О, и это замечательная женщина. Рашель Дюбендорфер родилась в еврейской семье в Варшаве. В Швейцарии она руководила самостоятельной группой разведчиков. Связь с Москвой поддерживала через курьеров, но после захвата Франции немцами связь прервалась. Тогда Центр включил членов ее группы в мою резидентуру. Это Рашель рассказала мне о Рудольфе Ресслере. – Его псевдоним Люци? – Да, это от названия швейцарского города Люцерн, где он жил. Люци поставлял из Германии ценнейшую информацию. Работал с нами с конца 1942 года, но я с ним так и не встретился. Он связывался со мной через человека, знавшего только Сиси.

Ресслер-Люци поставил условие: он ни в коем случае не раскроет свои источники в Германии. Центр, естественно, насторожился, опасаясь дезинформации. Но сведения от Люци оказались настолько точными и важными, что, по рекомендации Центра, Радо пошел с ним на тесное сотрудничество. Когда немцам все-таки удалось расшифровать переписку Доры с Москвой, германские контрразведчики были ошеломлены: в Москве получали не только правдивую информацию, но и оригиналы секретных документов высших правительственных учреждений, включая ставку Гитлера!

– После Победы прошло более

ÑÎÂÅÒÑÊÈÅ ÐÀÇÂÅÄ × ÈÊÈ Ñ ÅÂÐÅÉÑÊÈÌ ÏÐÎØËÛÌ

тридцати лет, сейчас, видимо, что-то удалось узнать об источниках Люци?

– Именно – что-то. Скажу, что мне известно. Из узла связи верховного главнокомандования вермахта( ОКВ) ежедневно в войска уходило несколько тысяч директив и других сообщений. Они не шифровались – набивались на бумажные ленты и по линиям связи передавались адресатам.

Однажды немецкий офицер Берндт Руланд заметил, что две девушки-телеграфистки не уничтожают эти ленты, как было положено, а прячут. Он вызвал телеграфисток, побеседовал с ними и … промолчал. После войны Руланд стал журналистом, издал книгу « Гроза Москвы » – так она, кажется, называется, – где рассказал и об этих девушках.

Книга Руланда вышла несколько лет назад в Цюрихе. Вскоре после этого я получил по почте конверт, отправленный, судя по штемпелю, из Будапешта. В конверте – вырезанное из немецкой газеты объявление: некие люди выражают соболезнование родным и близким Берндта Руланда, погибшего в автомобильной катастрофе. Мы знаем, как происходят такие аварии. Я думал, этот текст – просто информация, а друзья утверждают, что он больше похож на предупреждение:

56 www. RUSSIANTOWN. com № 4( 21) апрель 2005 г.