ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
ную формулы— ни один из присутствующих на вечеринке тоже никогда в Париже не был. « Что мы имеем » в момент, когда фраза брошена, и присутствующие начали её осмысление? Во-первых— кроме компиляции, состоящей из множества описаний означенного города Парижа, включая визуальные источники( статические изображения и фильмы), присутствующие поднимают ещё и целый пласт эмоциональных переживаний, связанных с восприятием того обширного информационного комплекса, который связан с топонимом Париж. К примеру, воспоминания, связанные с переживаниями при чтении романа « Отверженные » Виктора Гюго. Причём я имею в виду не механический « хронометраж », запись чувственных восприятий при чтении романа, а то, что можно назвать современным IT-термином— « Интерактивное участие ». А вот теперь переходим к главному: при чтении некоего статического( произвольно не трансформирующегося в процессе прочтения) текста активный разум читающего выстраивает « Вероятностное древо » возможных вариантов развития событий, исходя из собственного опыта и совокупности личных жизненных познаний. Таким образом, создаётся модель предположительного развития событий для данной ситуации( или совокупности ситуаций романа). Но и это ещё не всё! Подобие описанных в романе событий сюжетам реальной жизни вводит читателя в тот самый суггестивный транс, реальное действие которого выражается в НЕСОМНЕННОЙ УВЕРЕННОСТИ ЧИТАТЕЛЯ В СОБСТВЕННОМ УЧАСТИИ В ДЕЙСТВИЯХ, ПРОИСХОДЯЩИХ В ПРОИЗВЕДЕНИИ!
Самое занятное заключается в том, что в памятные записи объективно происходящих с человеком событий « вживляются » целые фрагменты иных, не имеющих отношения к реальной жизни частей. Более того, историческая хроника( будем считать, написанная совершенно объективно и беспристрастно) изначально « принуждает » читающего удостовериться в её непререкаемой точности! Мера скепсиса и критического осмысления читателя, несомненно, зависит от его собственных аналитических возможностей, но для качественного осмысления текста исторической хроники( например) необходимо составить некую виртуальную модель ситуации с заданными хроникёром( а не читателем) параметрами.
В таком случае, читающий временно для исследования этой версии в её соразмерности и внутренней непротиворечивости принимает на веру представленную модель. Я ничего не упустил? Вот! Таким образом, разумный человек совершает акт демиургии( без кавычек), создавая с теми или иными ограничениями маленький, вполне реальный мирок, обладающий собственными качествами и населённый самоосмысленными персонажами.
Во « всамделишной » жизни человек, находясь в ситуации, имеющей набор разнообразных вариантов разрешения, сознательно выстраивает то самое Древо возможных действий. И КАЖДЫЙ из представленных вариантов сопровождается эмоциональными переживаниями, соответствующими темпераменту размышляющего. Признаюсь, я специально для контраста вызвал образ провинциального города и его жителей. Внешне нечто унылое, неинтересное и блёклое. А внутри? Жуткие по накалу страсти-мордасти, немыслимые романы и приключения. И всё это происходит « В ГО- ЛОВЕ »...
50