ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
Обращаясь к возможным последователям, Кроули предостерегал их от суеверия, от увлечения ритуалами и внешней атрибутикой. Успех магического ритуала, с его точки зрения, целиком зависел от силы воли человека и умения концентрироваться на достижении цели. Фактически, из-за подобного отношения к ритуалам сам Кроули стоял даже вне Телемы— концепции и системы, объединяющей мистиков, идущих его путём. Собственно кроулианство, в отличие от Телемы, близко мистическому анархизму и даже солипсизму, т. к. ничем не ограничивает индивидуума, кроме ответственности за свои поступки перед самим собой и ни перед кем больше. Поэтому Кроули, практиковавший бисексуальные тантрические ритуалы и использовавший наркотические стимуляторы, презирал эротоманов, гомосексуалистов и наркоманов как зависимых от собственных слабостей, а себя считал преодолевающим страсти через их утоление. Его отношение к сомнительным удовольствиям было близко Распутинскому: « Грехом гнать грех!». Именно такие одиночки с незаурядными способностями, закалённые телом и духом, как он сам, ранее отверженные ханжеским миром, и должны были, с точки зрения Кроули, составить элиту грядущего эона.
Финал великой драмы
О последних двух десятилетиях своей жизни Алистер Кроули мог бы сказать словами одного из своих духовных предшественников, Франсуа Вийона: « Я всеми принят, изгнан отовсюду ». Заимствуя концепции Великого Зверя, « сильные мира сего » крайне неприязненно относились к нему самому. Мечта о влиянии на правителей и законодателей не оправдалась— Кроули мог лишь пытаться корректировать их действия руками своих последователей, что удавалось редко.
Сначала Кроули показалось, что энергии нового эона нашли своё ярчайшее отражение в возникновении фашизма и национал-социализма. Культ сильного человека, синтез магии и науки, обращение к языческой старине, агрессивность, программа по выведению элиты, расы господ— всё это было предсказано им... Однако нацисты, в том числе— язычники и оккультисты из их среды, не желали компрометировать себя общением с заклеймённым прессой « наркоманом и развратником », а фашистское правительство Италии и вовсе выдворило лидера Телемы со своей земли.
Затем Кроули обратил свои взгляды в сторону Советской России и даже подумывал переехать в Москву, используя старые связи в среде красных каббалистов вроде Луначарского— Великого Зверя вдохновляли звёзды магии, сменившие христианский крест на маковках Кремля. Импонировал ему и раннесталинский синтез национал-патриотической идеологии с « великой коммунистической ересью ». Кроме того, Россия была страной Водолея— астрологического знака, покровительствующего Эону Гора. Но « красные » пошли на союз с церковью и не торопились ниспровергать дореволюционные моральные нормы, так что Кроули и в России оказался лишним. Капиталистические же демократии и слышать ничего не хотели ни о какой Телеме.
148