Апокриф-126/127: 21 марта 2018 (A5.4 e.n.)
Ещё более детально формула даётся в нашей Священной Книге «Liber Tzaddi vel
Hamus Hermeticus»:
33
Я открою вам великую тайну. Вы стоите меж бездно й выси и бездной
глуби.
34
В каждой ждёт тебя Спутник; и этот Спутник — Ты Сам.
35
Не дано вам иного Спутника.
36
Многие поднялись, ибо были мудры. Они говорили: «Разыщи блистающий
Образ в обители вечнозлатой и стань с Ним одно».
37
Многие поднялись, ибо были глупы. Они говорили: «Ввергнись в мир тём-
ного великолепия и сочетайся со Слепым Порождением Ила».
38
Я, кто превыше Мудрости и Безумья, поднимаюсь и говорю вам: «До-
бейтесь обеих свадеб! Соединитесь и с тем, и с другим!»
39
Бойтесь, бойтесь, я говорю, устремиться лишь к одному и потерять
другое.
40
Адепты мои стоят распрямясь, головою — превыше небес, пятами —
прениже дна преисподней.
Только взбираясь на высоты и погружаясь в глубины, мы приходим к пониманию
этих Спутников. Т.е. мы приходим к познанию своих собственных высот и глубин, вме-
сто просто нашего усреднения или срединного обоснования.
Можно представить себе Срединный Путь или Доктрину о Середине как башню
или палку с малым основанием, легко сдуваемую ветрами. Путь Избытка противопо-
ложен этому: мы делаем наше основание столь широким, насколько это возможно,
чтобы построить прочный фундамент для нашей Пирамиды. С каждым произрастани-
ем, когда наше растение поднимается вверх, мы устремляем наши корни глубже под
землю.
Теперь мы переходим к святому сатиру Ницше, раскрывшему хитрую психологию
за этими путями Срединного и Среднего... что то, что они называют «умеренностью», в
действительности — «посредственность»:
Я хожу среди них и держу свои глаза открытыми: люди измельчали и
мельчают все больше. И причина этому — их учение о счастье и добро-
детели.
Они умеренны и в добродетели, ибо хотят они комфорта. А с комфор-
том совместима лишь умеренная добродетель.
Некоторые из них имеют свою волю, но большинство лишь служит во-
ле других. Встречаются и среди них искренние, но большинство — всего
лишь плохие актёры.
За добродетель почитают они то, что делает скромным и ручным:
так превратили они волка в собаку, а людей — в лучшее домашнее жи-
вотное человека.
«Посередине поставили мы стул свой, — так говорит мне ухмылка их,
— одинаково далеко как от умирающих гладиаторов, так и от доволь-
ных свиней». Но это — посредственность: хотя и называют её уме-
ренностью.
Так говорил Заратустра, «Об умаляющей добродетели»
305