186
Магия
�
�
�
� �
�
Не нужно заворачиваться в позу лотоса, если ноги не гнутся. Вполне достаточно полулотоса или позы « по-турецки », но, между тем, очень важно, чтобы позвоночный столб оставался в прямом положении. Это делается для того, чтобы поддерживать человеческое сознание в тонусе, не позволяя ему отойти в сон, вместо чего побуждая плавно балансировать « на грани », что и ознаменует собой медитационный транс; и, если угодно, чтобы « тонкоматериальная энергия » циркулировала вдоль чакрального столба с максимальной проходимостью. Также вполне уместна поза, при которой адепт встаёт на колени, после чего опускается корпусом, садясь на свои же ноги, сохраняя позвоночник в ровном положении. Медитировать можно и в иных позах. Но в случае лежачего положения есть риск быстро заснуть, отчего положение сидя считается наиболее оптимальным. Нет острой необходимости закупаться благовониями и мини-гонгами в эзотерических лавках, лишняя мишура только рассредоточивает внимание. Любая мало-мальски глубинная мысль— уже, по сути своей, медитация, способная давать все эффекты полноценного самосозерцания. Медитировать можно и в шумных местах, всё зависит исключительно от способности самого медитирующего концентрироваться, не отвлекаясь на внешние раздражители. Лучше всего регистрировать ощущение до, во время и после медитации для сравнения и получения картины работоспособности избранной вами медитативной техники.
� Стоит избегать обильных приёмов пищи за пару часов до медитации: медитирующего должна сопровождать лёгкость, способствующая более скорому « прохождению » этапов.
Касательно потенциальных возможностей медитаций можно говорить очень и очень долго, но, тем не менее, отдельного внимания заслуживает то, что грани воздействия медитации простираются далеко за пределы рамок психологии одного человека, выходя в область его физического тела. Так, один мой знакомый спортсмен, многократно отрабатывающий движения и готовясь к соревнованиям, очень долго не мог совершить один элемент: тот никак не хотел ему даваться, как бы он ни старался. На что я посоветовал ему уделить 15 минут на сосредоточение и детальное представление того, как должен выполняться этот элемент, причём ему необходимо было представить себя на месте того, кто этот пируэт, собственно, и выполняет. По прошествии оговоренных 15 минут мысленной сосредоточенности на выполнении приёма приятель пытается совершить его, и— о чудо!— впервые за свою спортивную карьеру он выполнил его. Прямо здесь, прямо после короткой медитации, его тело сделало то, чего он от него и хотел, несмотря на то, что четверть часа назад никак не хотело его слушаться. На вопрос о том, « как ты это сделал », которым он мучал меня последующие полтора часа, я, в конце концов, переборов лень к объяснению, изложил: дескать, пытался он выполнить то, чего не знало ни его тело, ни его сознание. В тот момент, когда мой спутник проработал схему действий в сознании, мозг, наконец, понял, что от него требуется, и,
186