103
Апокриф-115: май 2017( B5.3 e. n.)
Владимир Воронов Модель настоящей
сатанинской организации
Вопрос внутренней самоорганизации сатанистов поднимался в кругах адептов « пути левой руки » неоднократно, и успехи консолидации сатанистов в сплочённые альянсы носили довольно переменный успех, в частности, обусловленный локальным и политическим фактором, который, так или иначе, всегда становился решающей нотой, ставящей точку в вопросе, « быть или не быть » сатанинской организации. Так, в западном полушарии нашей планеты, на фоне апогея гражданских прав и свобод, с завидной периодичностью появляются новые и развиваются старые сатанинские группировки, в то время как в евразийских широтах сатанинское течение пребывает в формате « андеграунд ». Рассуждая в контексте ответа на вопрос о том, что для Сатанизма лучше— официальное существование под конституционной защитой государства или подпольное функционирование,— любой обыватель с твёрдой уверенностью указал бы на первый вариант, что, на мой взгляд, оказалось бы серьёзной ошибкой.
Во-первых, исторически, вплоть до второй половины ХХ века, множества не имеющих обобщающего наименования долавеевских прототипов Сатанизма формировались именно в тематике « андеграунда », в условиях однополярного идеологического и культурного режима, который чаще всего воплощался в лице христианства. Подобные предтечи сатанинской организованности представлялись тайными сообществами и орденами, в задачу которых входило формирование собственной идеологии в противовес христианской схоластике. к этой категории организаций можно отнести как средневековые ведьмовские ковены, так и именитые оккультные ордена времён Ренессанса и Нового Времени, а учитывая тот факт, что обладать инакомыслием во все времена было не очень удобно, а порой и весьма опасно, подполье как форма существования темномыслия нередко обеспечивало безопасность Сатанизма как такового. Ещё не известный тогда под этим термином, « Сатанизм », тем не менее, в самом деле пребывал бок о бок с риском и опасностью, которые ныне принято воспевать в сатанинских дифирамбах, и для того, чтобы ступить на сей путь, человеку тех эпох требовалось гораздо больше, чем отказаться от христианской легенды и « осознать себя сатанистом ». Путь сатаниста в условиях христианского тоталитаризма ставил под угрозу сам факт его существования, а тернистый путь тёмного адепта повсеместно сопровождался самой смертью. Многих, к слову, смерть застала врасплох, но это не помешало Сатанизму воспарить тёмной грозовой тучей над своим главным противником спустя сотни лет. Именно в таких суровых реалиях и формировался прототип современного Сатанизма, и именно такие окружающие его условия обеспечивают наивысшую степень развития Сатанизма как идеологии непокорных. Иначе говоря— покуда Сатанизм будет подразумевать борьбу с идеологическим самодержавием и обманом, его будут ждать лавры победителя, но как только все враги будут побеждены, падёт и сам Сатанизм,— точнее, он неузнаваемо преобразуется до такой стадии, при которой первоначальную его версию можно вовсе не узнать. Может возникнуть мысль, что создание сатанинской коалиции, закреплённой на законодательном уровне, окажется венцом сатанинской
103