ДЕЛАЙ ЭТО КАЖДЫЙ СРАНЫЙ ДЕНЬ!
ВНИМАНИЕ! ЕСТЬ УГРОЗА ПРИШЕСТВИЯ ОБЕЗЬЯНЬЕГО ЭГО!
ТРАДИЦИИ И ПРОРОКИ
трёх или четырёх самых несчастных людей в вашем районе. Написание каждый день по сонету в течение двадцати лет не обязательно сделает вас Шекспиром или миссис Браунинг, но это сделает вас лучшим поэтом на площади, наверное, около сорока или пятидесяти миль. Выполнение Возбуждённой Медитации или аналогичных упражнений не означает, что вы станете идеально просветлённым существом или гуру за несколько лет, но всё же вы будете намного счастливее и чертовски восприимчивее, креативнее и « интуитивнее », чем большинство людей, которых вы встретите в обычном городе.
Есть история, что Бобби Фишер, чемпион мира по шахматам, как-то находился в комнате с другими мастерами шахмат, и когда речь зашла о последней ядерной аварии и последующем выпадении радиоактивных осадков, Фишер слушал с нетерпением несколько минут, а затем воскликнул раздражённо: « Чёрт возьми, а разве это имеет отношение к шахматам?» Хотя я не призываю вас подражать такой степени мономании или одержимости, в этой истории есть важный урок. Причина того, что Фишер стал чемпионом, в том, что он настольно заботился о шахматах, что даже не обращал внимания на себя и не помнил о себе.
ДЕЛАЙ ЭТО КАЖДЫЙ СРАНЫЙ ДЕНЬ!
ВНИМАНИЕ! ЕСТЬ УГРОЗА ПРИШЕСТВИЯ ОБЕЗЬЯНЬЕГО ЭГО!
К сожалению, хотя система Возбуждённой Медитация— это весело, эротично, делает вас « умнее »( в смысле лучшей осведомлённости о детализации и сложности) и даже выталкивает вас из общего числа млекопитающих по части отхода от рефлекторного поведения к медленным, но уверенным шагам к той самой мистической « свободной воле », о которой христиане утверждают, она была дана вам при рождении, и я искренне рекомендую вам эту систему,— я должен признать, что есть страницы, к которым вы в ближайшее время подойдёте в этой книге и которые, вероятно, принесут вам крайний дискомфорт.
Доктор Хайятт— грубый, оскорбительный и намеренно раздражающий писатель. Он не проявляет лояльности и снисходительности к читателю, воспитанному на христианской и демократической мифологии нашего общества, подразумевающих, что все мы здесь— свободные и рациональные люди. Он настаивает на том, что большинство из нас большую часть времени— обусловленные шимпанзе в клетке, и напоминает нам об этом раз в несколько страниц самым грубым, насколько это возможно, языком.
182