Итоги года
который был установлен в 1978 г., когда было собрано 127,8 млн т.
Благодарить за лидерст во по поставкам пшеницы следует европейские и американские санкции, которые привели к обвалу рубля и повышению конкурентоспособности на внешнем рынке. Надо понимать, что этот эффект не вечен, а лидерст во надо сохранять. Мы за это время чуть подтянули производст венную базу, собрали хороший урожай— теперь надо сконцентрировать усилия на работе на перспективу. Нам необходимо расширить свои рынки сбыта по пшенице как минимум на 5 – 8 млн т.
Но уже сегодня ясно одно— мы сделали качест венный и количественный рывок в зерновой отрасли и способны занять прочные позиции в мире по экспорту зерна.
— Скажите, тот факт, что власти озаботились невостребованными и необрабатываемыми землями сельхозназначения, может кардинально повлиять на ситуацию в отрасли? А введенные в оборот земли могут стать потенциальным ресурсом для развития производст ва зерна?
— Это несколько разные вещи. Если речь идет о брошенных землях, которые деградируют— а таких земель, которые не возделываются или не используются, сейчас около 19 млн га,— это одно. Правда, из них около 11,8 млн га вполне пригодны на данный момент к вовлечению в оборот. Остальные земли, которые поросли бурьяном и сорняком, нуждаются в долгосрочной и затратной реанимации и обработке.
И здесь тогда возникает вопрос трактовки— а что такое используемые земли? Ведь можно проводить определенный перечень технологических мероприятий, сохраняющих плодородие почв и повышающих их ресурсный потенциал, но ничего при этом не выращивать. Какое определение дать такой работе? Будет ли это « обработка пашни »? Если да, то изымать следует только те земли, которые вообще никто никак не трогает.
Сейчас же во главу угла власти поставили элемент производства— произвели что-то на этой земле или нет. Не думаю, что это правильный подход.
Есть еще один немаловажный момент— резкое введение в оборот больших площадей приведет к катастрофическим последст виям, поскольку кризис перепроизводст ва обрушит конъюнктуру рынка, и мы уйдем в убыточную зону.
— В чем конкурентное преимущест во российского зерна? И кто наш ближайший конкурент в погоне за мировым лидерством?
— Конкурентов у нас хватает. В их числе все мировые поставщики зерна— Америка, Канада, Австралия, Аргентина, Евросоюз и т. д. А вот конкурентоспособность наша базируется на большом запасе питательных вещест в в почве— у нас, как известно, самый большой ареал черноземов в мире. Этот природный кладезь позволяет нам недовносить минеральные удобрения и другие почвосберегающие ресурсы, за счет чего выращенная продукция выигрывает в себестоимости. Там, где иностранец потратится на повышение продуктивности почвы, мы можем сэкономить.
Между тем надо понимать, что ситуация эта тоже недолговечна и повышением плодородия почв надо заниматься непрерывно. И в качест во продукции надо вкладывать деньги. Другое дело, что для наших аграриев финансовые ресурсы пока малодоступны.
— В некоторых регионах аграрии жалуются на резкое и весьма ощутимое падение цены на зерно. В этой связи хотелось бы спросить— по вашему мнению, должно ли государст во вмешиваться в ценовую политику и регулировать цены на зерновом рынке?
— По моему убеждению, нужны грамотные государст венные инструменты для регулирования рынка. Во всем мире так, собственно, и происходит.
Аграрные рынки особенно подвержены конъюнктурным колебаниям, именно потому их надо сдерживать. Только у нас инструментарий, который разработан и внедрен для регулирования рынка, мягко говоря, не очень совершенен.
В частности, весь мир традиционно занимается интервенционными операциями на основе так называемых минимально гарантированных цен. В результате колебаний цен они не опускаются ниже заявленных государст вом. У нас же все наоборот— мы заявляем минимальные цены закупки, от которых идем вниз. О какой эффективности в таких условиях может идти речь?
— По каким культурам, кроме зерновых, Россия в этом году станет рекордсменом?
— Рекордсменов по производству назвать не могу, их просто нет. Мы лидеры по экспорту пшеницы, но никак не по ее производст ву— Китай нас обгоняет сущест венно.
Что касается экспорта, то у нас, безусловно, есть так называемые тихие культуры, где мы впереди планеты всей,— это горох, нут, горчица, лен масличный. Их востребованность на внешних рынках очень высока. Другое дело, что объемы поставок пока несопоставимы с рынком пшеницы— сотни тысяч тонн против десятков миллионов. Но будем стремиться сохранять эти позиции, развивать и укреплять.
18 № 6( 19), 2016 / Аграрий Плюс. Опыт. Инвестиции. Технологии /