64 www. RUSSIANTOWN. com № 8( 37) август 2006 г.
ПАМЯТЬ СЕРДЦА
Константин Райкин: « Люди немели при встрече с отцом »
– Фамилия « Райкин » для артиста – и дар, и груз. Сила притяжения имени вашего отца была так громадна, что вся ваша актёрская жизнь могла уйти на одно лишь её преодоление. Константин Аркадьевич, как вы с этим справились?
– Сколько себя помню, отец, действительно, был феерически популярен. На протяжении нескольких десятилетий он был, пожалуй, самым любимым артистом в стране. Вокруг него постоянно вились поклонники. Если он шёл по улице – улица останавливала движение, и за папой тянулся шлейф просто невозможного народного обожания. Я в детстве часто намеренно отставал от отца и наблюдал, как немели прохожие от встречи с Райкиным. Конечно, меня всегда водили за кулисы и на спектакли, и очень рано встал вопрос: быть ли мне артистом? Или – нет? Втайне от всех я очень мучился и сомневался. И вот почему.
Мир театра совершенно особый. Закулисье опьянит кого угодно, особенно ребёнка. Поэтому я долго думал: может, мне всего этого хочется по инерции? А я самолюбивый. И больше всего меня ранило отношение ко мне просто как к сыну Аркадия Райкина.
– Вы ведь хорошо учились, занимались спортом. Искали себя на другом поприще?
– Я себя проверял. Пять лет как проклятый занимался лёгкой атлетикой. Мне нравилось, но я понял, что не стану в спорте первым. Учился в спецшколе для одарённых детей при Ленинградском университете: мне легко давались точные науки. Но особенно я увлёкся биологией. Всё свободное время пропадал в Ленинградском зоопарке, делал самую чёрную работу, убирал за животными. У меня с обитателями зоопарка возник глубокий контакт – мы прекрасно понимали друг друга, наверное, потому, что я здорово научился подражать их мимике.
Было решено, что я поступлю на факультет биологии Ленинградского университета. Родители уехали на гастроли в Чехословакию. Но в перерыве между вступительными экзаменами я внезапно для самого себя решил всё же испытать судьбу. Примчался в Москву, несколько дней отстоял в очереди Щукинского театрального училища. Тогда мода такая была: все выпускники школ сначала бились о
Как быстротечно время! Казалось бы, недавно зритель с любопытством оценивал гуттаперчевого « сына Аркадия Райкина », и вот вскоре нам предстоит узреть новое династическое чудо – « дочь сына Аркадия Райкина ». Эта семья – особый актёрский цех, выплавка драгоценного металла из одного мощного горнила – неповторимого и легендарного таланта Аркадия Исааковича.
скалы театральных вузов, а потом, отхлынув, заполняли другие институты.
Увидев всю эту громадную абитуриентскую кашу, я понял: нужно что-то особенное. Главное – чтобы меня не прервали: « Стоп! Спасибо ». Ведь это унизительно, а я – сын Райкина, хотя об этом ради чистоты эксперимента никто не знал. И я буквально ошеломил приёмную комиссию: в безумном, клиповом темпе то декламировал, то танцевал, то изображал животных. Экзаменаторы « проснулись »: головы туда-сюда, вниз-вверх, потому что я то ползал, то становился на карачки, то скакал по комнате. Мне было шестнадцать лет … В общем, меня сразу с первого тура перевели на третий. Но я заявился на второй тур и, что называется, взял измором. Когда родители вернулись домой, я уже был не только не студентом Ленинградского университета, но даже и не ленинградцем. И папа спокойно сказал: « Раз так случилось, значит, так тому и быть ». Оказалось, что родители, особенно отец, всегда втайне от меня были уверены, что я стану артистом, но выбор предоставили мне самому …
« Чувствовал себя могильным холмиком »
– Что за актёр был ваш отец?
– Аркадий Исаакович обладал гениальным актёрским чутьем – ему не требовалось ни секунды времени на разгон. Мастер мгновенных перевоплощений – читал роль с листа, и она расцвечивалась красками. Рядом с таким « Эверестом », как отец, я поневоле чувствовал себя « могильным холмиком ».
Только на втором году работы в « Современнике » я позволил отцу присутствовать на моём спектакле. И очень боялся, что зрители будут смотреть не на Райкина, играющего на сцене, а на Райкина, сидящего в ложе. Ещё в театральном училище я здраво рассудил, что в тени отца попросту завяну. Вырваться из заколдованного круга можно было, лишь изолировав собственный дар.
Но на взлёте карьеры в « Современнике » через десять лет работы я ушёл в тогда ещё Ленинградский театр миниатюр. Это было крутое пике, но мне мечталось о собственном, особом, ни на что не похожем театре. И я решил, что лучше всего экспериментировать на отцовской территории, пользуясь сыновними степенями свободы. Приехал к отцу, поделился мыслями, сказал, что приду в его театр не один, а с десятком близких по духу артистов. Отец выслушал. Согласился.
– Вероятно, не всё гладко складывалось между вами, двумя лидерами …
– Смыслом Театра миниатюр, его единственным и главным артистом был Аркадий Райкин. Хотя там работали и другие выдающиеся личности( рядом с Райкиным иных и быть не могло), но, по сути, это был театр одного актёра. И он действительно был миниатюрный – 10-12 человек. Кроме того, у него не было собственного помещения – театр вёл бродячий образ жизни, вечные гастроли …
Мне поначалу многое приходилось от отца отстаивать, и в самые критические моменты я
64 www. RUSSIANTOWN. com № 8( 37) август 2006 г.