Трансцендентный идеал, который навязывают своему последователю религии нового типа, имеет
для них еще один плюс: он делает мемплекс менее зависимым от изменений условий жизни
человека — если религии старого типа вынуждены меняться вслед за изменениями окружающего
мира, то религиям нового типа удается обесценить эти реалии настолько, что верующий не делает
попыток приспособить свое видение мира ни к каким изменениям. Таким образом, религиям
нового типа удается оставаться максимально стабильными, веками сохраняя высокую точность
воспроизводства.
2. Сотериологический характер религии и установка на распространение веры. Сверхценность
религиозного знания, которую ощущает верующий, мотивирует его нести благую весть
окружающим. Религии нового типа, предлагающие универсальный, общий для всех людей «путь
спасения», утрачивают привязку к определенному этносу и перестают быть связанными лишь с
определенными социальными слоями. Как следствие, они получают возможность
распространяться принципиально новым способом — путем вовлечения новых адептов:
последователи культов нового типа испытывают навязчивое желание «спасать» окружающих,
побуждая и даже заставляя их принять истинную веру. При этом ценность старых адептов для
мемплекса отчасти падает: мировые религии одержимы собственным распространением, и
знаковой фигурой христианства и ислама становится верующий, готовый на смерть ради
пропаганды веры.
При этом важно понимать, что ни основатели религии, ни основная масса их последователей
вовсе не являлись и не являются циниками, лицемерами и лжецами, как это часто пытаются
представить воинствующие атеисты.
Мученик, идущий на казнь, человеколюбивый христианин, помогающий людям, независимо от
того, единоверцы — это или язычники, действуют совершенно искренне. Возможно, что их
вероучение, призывающее к всепрощению и нестяжательству, действительно делает их самих
лучше. Однако при этом самому учению удается распространяться, используя лучшие побуждения
своих носителей.
Самое важное здесь то, что религиозному мемплексу удается увязать стремление к добру с
определенным набором догматической информации, не имеющей никакого отношения к этике.
Одно дело — творить добро в качестве осознанного выбора или бессознательного «веления
сердца», и совершенно иное — делать добрые дела «во славу Христову» или потому, что так
велит священная книга или церковь. Во втором случае добрые поступки всегда будут носить
характер бессознательной пропаганды; именно эту закономерность и используют религиозные
мемплексы.
3. Претензия на обладание абсолютной истиной и бескомпромиссный моральный дуализм.
Почитание единого Бога или универсального принципа спасения ведет к четкому делению на
правильное и неправильное — это позволяет мемплексу легко манипулировать верующим,
расстилая на его пути красные ковровые дорожки «добродетелей» и расставляя грязные валуны
«грехов», которые он должен обходить. Именно в религиях нового типа, склонных к идейному
тоталитаризму, вера превращается в образ жизни, проникает во все области человеческой
деятельности, прежде всего в интеллектуальную — он парализует развитие философии и науки,
ко