выступлениях, в ней все три кобылы мышастого цвета. А зимой будем заезжать еще одну тройку, но уже саврасых лошадей.
Несмотря на наши старания, конечно есть свои опасности, ведь это молодая тройка. Коренник в ней— опытная взрослая лошадь, правая пристяжная— ее ровесница, а вот левая— молодая кобылка-трехлетка. Ведет она себя порой плохо, так как в тройку ее поставили с нуля, из табуна. И она не знала ни упряжи, ни седла.
Я продолжаю сохранять породу, но к большому сожалению значительно сокращено племенное поголовье в хозяйствах Удмуртии и в Липецкой области. Мне удалось спасти несколько уникальных экземпляров, выкупив лучших представителей породы. Это тот самый костяк, на который можно опереться и вернуться к масштабной племенной работе. Я сохраню и буду преумножать поголовье, ожидая лучших времен для породы.
Помимо сохранения поголовья вятских лошадей, я занимаюсь возрождением традиционной конной охоты, как вида активного отдыха и охотничьего спорта, где добыча зверя не является целью, а главное— скачки с препятствиями по пересеченной местности( конечно для опытных всадников), слияние с дикой природой, созерцание ее красоты. А « охота »— лишь красивый повод! В связи с этим мы много сил отдаем сохранению знаменитой породы собак— русской псовой борзой. Сейчас эта порода, популярная до революции, уже стала редкостью. Это элегантные собаки, идеально подходящие для работы рядом с лошадьми.
— Говорят желание созидать происходит из семьи, да и все, что в нас заложено, родом из детства. Так ли это?
— Несомненно. И то, что во мне— это также тот дар, который мне оставила любимая семья. Например, еще одно увлечение— коллекционирование растений и садоводство, это во многом память о моем дедушке. Николай Павлович Ларионов был художником, работал в сельской школе и его до сих пор с теплотой вспоминают ученики. Он преподавал черчение и рисование, вел по собственному желанию кружок ИЗО.
Дедушка был добрейшим выдумщиком и любил своих шестерых внуков. Зимой, когда мы приезжали на каникулы, он заливал льдом все дорожки сада, а перед домом устраивал каток побольше. Из снега лепил скульптуры Деда Мороза и Снегурочки, а каток раскрашивал красками, так что они переливались подо льдом. Выносил на крыльцо радио, и мы катались под музыку, воображая себя спортсменами.
Я НЕ ПОЗВОЛЯЮ СЕБЕ БОЯТЬСЯ … Я ЗАНИМАЮСЬ ЭКСТРЕМАЛЬНЫМ ВИДОМ СПОРТА— КОННЫМ, А ЭТО ВСЕГДА ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ ОПАСНОСТЬ.
А летом взгляды приковывал очень красивый сад, разбитый вокруг нашего родового дома. Николай Павлович всегда говорил: у меня не огород, а парк культуры. Его совершенно не понимали соседи, которые считали, что цветы – это блажь, ведь главное картошка и урожай. А дедушка устроил на 25 сотках большой сад, в котором были дорожки, скамейки, цветники и клумбы. Он выращивал традиционные цветы: флоксы, лилейники, астры и гладиолусы. Любил всесезонные бархатцы( они цветут все лето и уходят под снег), настурции, петунии и календулу, которую у нас называют « ноготками ».
Я стараюсь поддерживать традиции своей семьи и до сих пор сохраняю однолетники, которые были посеяны руками моего дедушки. Каждый год собираю семена из старого сада и высаживаю их на те же места, где он любил, сохраняя связь поколений. Вот уже 30 лет нет дедушки, а его сад живет. Мои друзья называют эту мою черту характера – забота о бытии. Мне хочется, чтобы все лучшее, что сделано руками человека продолжалось, развивалось и сохранялось. Человек ушел, а память о нем осталась.
Единственное, что я добавила в « семейный » сад— это розы. У дедушки был один огромный куст ароматной парковой розы, а теперь здесь цветет более 100 сортов.
Садоводству я научилась именно тогда, когда потеряла дедушку, ведь понимала, что если не включусь в этот процесс, то сад погибнет, исчезнет. Пришлось стать настоящей
16