Терентьевым . Участвовал в крупных соревнованиях страны согласно турнирному графику соответственно своему возрасту . Так получилось , что его потенциал мне стал известен довольно-таки не сразу , и было решено попробовать провести его по этим турнирам и этим высотам , ориентируясь на его состояние . Я понимала , что для него это очень большая нагрузка и ему действительно тяжело . Чувствовался большой пробел в его быстрой подготовке . Но он честно нес нагрузку . Мне хотелось как-то ему помочь . Я не понимала , что можно сделать . В то время как другие лошади получали дополнительные процедуры , инъекции , магнитные попоны , мой конь был в стороне . На мои вопросы « Что купить ? Где помазать ?» всегда отвечали , что он справится сам . Было довольно неприятное ощущение беспомощности и предательства с моей стороны . Для меня он всегда много значил и значит . Поэтому когда спортивный сезон завершился , я вплотную занялась восстановлением своего коня . Узнала большое количество способов реабилитации . Тогда я еще не пришла к массажу , но изучала приемы , как провоцировать правильную загрузку и наращивание мышечной массы , как предупредить неправильную мышечную реакцию , как скорректировать мышечную память , приводящую к отрицательной реакции . Бывают такие моменты в работе , когда спортсмен просит лошадь согнуться , но она этого не может сделать , даже если хочет . Ей может быть просто больно . Бывает и такое , что в шее зажимы с два кулака , которые не позволяют лошади просто сделать хоть какоето боковое сгибание . Всадник в таком случае насильно принуждает лошадь выполнять его команды , а она через боль и собственные микроповреждения старается все выполнить . Потом эти надрывы зарастают еще более грубой тканью и ухудшают эластичность . То есть мы сознательно и самостоятельно делаем наших лошадей более больными , чем если бы они вообще не работали .
102