говоря: « Вы бы никогда не услышали, как они критикуют кого-нибудь ». Такое уважительное отношение отражается и в ее великодушии. Я в восторге от того, как она сохраняет бодрость духа при любых обстоятельствах. Ее преданность, умение доверять и вера в торжество добра перешли ко мне по наследству, и я горжусь этим наследством.
Нана выросла в провинции Саскачеван, в деревне, которую построил ее отец. В свою сельскую школу она ездила на лошади— и в снег, и в солнце. Она пережила эпоху Великой депрессии, познакомилась с моим дедушкой во время Второй мировой войны и наблюдала с самой юности грандиозные изменения, которые происходили вокруг нее.
Моя мама помнит, как она шила одежду, еще будучи ребенком. Я помню, как бабушка своими гибкими пальцами играла произведения Скотта Джоплина на рояле. Ее дом был наполнен особенным сладким запахом. Я могу изобразить мягкие движения ее рук, когда она что-то объясняла.
Нана никогда не пользовалась компьютером, хотя мой дедушка был инженером IBM в то время, когда компьютеры занимали целую комнату. Его считали одним из отцов автоматизированного компьютерного дизайна. Сейчас я работаю графическим дизайнером, благодаря его инновациям. Память о нем живет в ее любящем сердце. Я чувствую, почему она до сих пор носит обручальное кольцо, спустя тридцать лет после его кончины. Она передала мне свое обручальное кольцо, которое теперь сверкает на моем безымянном пальце. Она жила со своим супругом в духовном союзе, полном любви и смеха,— так хотел бы жить каждый из нас. Когда я вчера спросила ее, ждала ли она, что станет прабабушкой,— на ее лице засияла улыбка. И в моем сердце тоже.
35