CHOICE персона
Олег Нестеров – лидер группы « Мегаполис » и глава рекорд-лейбла « Снегири-музыка », продюсер, открывший музыкальному миру « Машу и Медведей », Найка Борзова, « Ундервуд », грузинскую группу Mgzavrebi и многое другое, – человек разносторонний. На его счету работы в кино, театре и на телевидении, реализация уникального мультиформатного проекта « Из жизни планет », два романа, а также преподавательская деятельность в МГУ. Кроме того, Олег – заядлый путешественник, обладатель необычного статуса « душа компании » в Клубе авторских путешествий Михаила Кожухова. Недавно вернувшись из экспедиции на знаменитом паруснике « Крузенштерн », Нестеров поделился с редакцией Happy своими впечатлениями.
– Необходимо ли быть влюбленным в море, чтобы отправиться в такое плавание?
– Море не нужно любить, как сказали мне моряки. Море нужно уважать. В первые три дня мы все ходили зеленые, любить это нельзя. Уважать можно. Барк « Крузенштерн » – корабль с удивительной судьбой. Его построили 1926 году как чистый парусник, на нем не было ни одного двигателя. Это был на тот момент самый экономичный трансатлантический лайнер. Он годами впитывал в себя силу ветра и любовь людей. В 1946 году по репарации он отошел СССР. С 1966 года это учебное судно. И мы, тридцать участников экспедиции Михаила Кожухова, тоже поднялись на борт как обычные курсанты: жили, как и все, в кубриках и учились морскому делу, лазали на реи, ставили вместе паруса. Это удивительные люди разного возраста, все состоявшиеся, творческие. Кто-то искал на этом паруснике ответы на свои жизненные вопросы. Были такие, которые поднялись на борт очень озабоченными, закрытыми и, я бы даже сказал, слегка растерзанными жизненными обстоятельствами. Вы бы видели, какими они сошли на берег! Это были абсолютно другие люди. Мне кажется, наша жизнь – это не совсем игра в шахматы: подумал – и пошел. Скорее, наша жизнь – это нарды: судьба бросает кости, потом мы думаем и идем. Так вот, путешествие дает возможность посмотреть на свою жизнь немножко иным взглядом, увидеть себя со стороны. В жизни мы как будто летим в воздушном шаре и не чувствуем ветра. Нужно уметь выглянуть из корзины и посмотреть, куда ветер дует и куда мы летим.
– А в творчестве вам путешествия помогают? – Для меня большие проекты – это всегда путешествия. Для больших проектов в принципе очень
– Олег, ваши отношения с морем наверняка начались еще раньше, в детстве?
– Я тысячу раз взбирался по корабельным вантам в своих мечтах. Конечно, читал « Робинзона Крузо », « Пятнадцатилетнего капитана », а слова « бизань-мачта », « грот », « стакселя », « марс » я знал еще до похода на « Крузенштерне ».
– И каково это – ходить на паруснике?
– Это, конечно, был не круиз. Путешествие оказалось непростым, и я не могу сказать, что каждую минуту нашего плавания на « Крузенштерне » я знал, что хочу туда вернуться. Но сейчас я знаю, что – надо. Тело соприкоснулось с реальностью и не подвело меня. Знаете, когда ты лезешь на эту чертову высоту, корабль качает, ветер дует, ты поднимаешься все выше и стараешься не смотреть вниз, чувствуешь какой-то животный страх высоты. Но его надо преодолеть. На корабль я взял свои проекты: думал, буду что-то делать. Нет. Все стало бессмысленно. Вот на марсы залезть, на салинг – это да. В море все очень конкретно: есть одно море, одно солнце, один корабль и один родной экипаж.
125