помогают такие мысли. Знали бы, запретили, отобрали у них и эти мысли, надежды, растоптали бы, запечатали бы в сейф, сдали бы в самый тайный архив. Но они не знают. Мысль принадлежит тому, у кого она есть, надежда тоже, когда он держит их при себе. Ведь если бы они выдали их, поделись с кем-то, превратили в слова, им бы и с места не сдвинуться, за ними не было бы уже столько пахоты, навстречу им не шли бы будущие дети. Превратившись в слова, они рассыпались бы в песчинки, затерялись в степи, где не во что упереться взглядом. Эти мысли могучими быками, розовыми лошадьми впряжены в плуг, это они тащат его и им легко с ними. У них осталось одно право- иметь думы и мечты, у тех, кто их запряг, есть право полагать, что никто думать не должен, что им нечем и не о чем думать. Думать, решать должны они, запрягающие. Они уверены, что отобрали у них Бога, к которому они могли бы обратиться с молитвой, который мог бы им помочь. Но тянущие плуг знают, что Бог в них, помогает им, дает силы. Они не разуверились. Разве не уверены они, что этого председателя они выпросили у Бога. Значит, он слышит их молитвы. И все это, чтобы они могли рожать детей, а те дети рожать потом своих...
Тянут они и тянут плуг, а он тащится и тащится за ними. Золотое море пшеницы плещется и плещется у них под ногами, а дети бегут и бегут им навстречу... Уверенным, что Бог дал им этого председателя, а тот дал им слово, что половина хлеба будет их, что будущий хлеб даст им детей, которых они уже видят идущими навстречу, откуда им, верующим, еще знать, как рады будут они, когда Шама выгонит на поле трактор, как долго осенью председатель будет смеяться, когда они придут за своей половиной, и не даст им ни горсти зерна, как каждого из них, поднявшего руку на словоотступника, комендант будет отвозить в район и сдавать в НКВД, откуда знать, что остальным из них придется зимовать на то, что они « отхватят » от « другой половины »... И в следующую весну, и в ту весну, что придет за следующей тоже по своим следам, по тому же слову того же председателя, в которое им снова и снова придется поверить, чтобы дотащить плуг от одного горизонта до другого, им все придется по- * вторить....
Но все это будет потом, разве сейчас об этом они думают? Ведь у них есть слово, данное человеком. А слово есть слово.
56