Екатеринбург для меня это, конечно, родина, друзья, истоки моей семьи. марина сахарова организатор общественного движения « Реальная история »
В профессиональном плане всё намного сложнее. Ещё студенткой, я оценивала город с точки зрения будущей работы. Тогда, в 1983 году, Свердловск представлялся мне почти идеальным планировочным каркасом, требующем лишь незначительных местных шлифовок. Молодому градостроителю здесь делать нечего,— думала я … и волей судьбы занялась « планированием городов » в других регионах до 2009 года. А в 2004-м, уже вернувшись в Екатеринбург, поняла, что город начинает терять свой градостроительный потенциал. Сначала незначительно на каких-то локальных участках, но к 2009 году масштабы уже угрожали невосполнимыми потерями и уходу с пути цивилизованного развития. Взвесив основные вопросы городской планировки: транспорт, экология, культурное наследие, инженерные сети, социальное развитие, стало ясно— проблемы везде. Но один из вопросов « культурное наследие », очевидно, был и остаётся главным, и отсутствие решения по нему грозит безвозвратными утратами не только на физическом, но на смысловом уровне. Так сохранение культурного наследия стало делом моей профессиональной чести. И не удивительно: любой город— это элемент нашей общей памяти. Смысл, повсеместно транслируемый в то время руководством города, был иным: Екатеринбург— город торговли. Вероятно, поддавшись этому ложному смыслу, в город устремились десятки тысяч людей, рассматривающих Екатеринбург как источник собственной прибыли.
Горожане— граждане города— люди, объединённые общей памятью и общими взглядами на будущее. Есть ли эти общие взгляды на будущее у жителей Екатеринбурга?
Сможем ли мы ещё найти истинный инженерный смысл города( образование и промышленность!). Может быть он сохранён в шахматистах на Плотинке, разыгрывающих свои « чёрно-белые партии » или уличном продавце книг, зачитавшемся сборником по физике « Магнетизм »?